Крым [СИ litres]

– Все, в воскресенье я целый день с вами проведу, – пообещал Алексей. – Пригласи маму со Стрекозой, а хочешь, так и Сережку Гусева позовем, – и подмигнул Катарине.

– Алексий! Я тебе ничего не говорила! – нахмурилась та. – Даже и не вздумай показывать, что ты что-нибудь знаешь, а то ничего больше от меня не услышишь! – и надула губы.

– Ладно, ладно, – улыбнулся Лешка. – Ничего не знаю и ничего не видел.

За стенами тепло натопленной избы хлестал холодный осенний дождь. Сладко сопел Илюшка. Катаринка, поерзав и покряхтев, погладив живот, тоже наконец уснула. А Алексей, сидя за столом возле масляной лампы, какой уже раз перечитывал то письмо, что пришло из далекой Калуги.

От начальника канцелярии калужского наместничества, коллежского асессора Кревцова Александра Павловича – командиру отдельной особой роты егерей, состоявшей при кордонной службе на Бугской пограничной линии, господину премьер-майору Егорову Алексею Петровичу.

Милостивый сударь, обращаюсь к вам по просьбе моего близкого друга, предводителя дворянства Козельского уезда Требухова Аристарха Михайловича. Сим письмом, пользуясь оказией, пересылаю вам от него почтовое послание.

На этом позвольте откланяться. Ваш покорный слуга А. Кревцов.

«Вот пройдохи, – думал Лешка. – Нынешняя почтовая служба не успела еще дойти до такого развития, чтобы переправлять переписку частных лиц за тысячу верст. Но, как видно, кто-то там шибко умный подсказал, и письмо из глубины Российской империи ушло пусть даже не по военной, но все же по казенной, административно-чиновничьей линии. А ведь это действительно выход. Молодцы!» – хмыкнул Алексей и перечитал вложенное во второй внутренний конверт письмо.