Сальто назад [СИ]
- Автор: Рогов Борис Григорьевич
- Серия: Сальто мортале #2
- Язык: русский
- Жанр: Альтернативная история
Электронная книга - «Сальто назад [СИ]». Краткое содержание книги:
Use the arrow to expand or collapse this section
Через две недели комы сознание возвращается к ГГ, но помнит он только свою жизнь до сентября 1975 года. Послезнания больше нет, и он вынужден вести жизнь обычного молодого человека с инвалидностью и головными болями. Канва мировых событий развивается в русле изменений, которые привнёс в историю главный герой. После выхода Болгарии и Румынии из Варшавского договора обе страны переживают попытки военных переворотов. Югославия переживает этнический конфликт в Косово. Тито, который благодаря полученным сведениям продлевает жизнь на год, меняет конституцию. В результате Югославия в прежнем виде перестаёт существовать. Албания, Болгария и Румыния также входят в единое, но состоящее из суверенных национальных территорий. В 1981 году Людмила Живкова избегает покушения. Инициатор выявлен и расстрелян. В благодарность за спасение Живкова назначает, предсказавшего это событие ГГ директором строительства культурного центра Болгарии в Новосибирске. Распавшийся на Пуштунистан и Мавераннахр Афганистан продолжает пребывать в состоянии междоусобных войн. В результате переговоров всех сторон конфликта, принимается решение о возвращении на трон короля Захир Шаха. Саддам Хуссейн вместо нападения на Иран вторгается в Кувейт и за два дня оккупирует его. Не задерживаясь на долго, он инспирирует волнения в провинциях Саудовской Аравии населённых шиитами и под предлогом защиты единоверцев быстро громит королевство. Воодушевлённый лёгкой победой Саддам сколачивает очередную арабскую коалицию и в очередной раз атакует Израиль. За три дня интенсивных боёв Израиль прекратил существование превратившись в автономную еврейскую часть государства Палестина. В СССР офицерам КГБ и УБХСС на материале дневника ГГ вскрываются аферы с хлопком. «Хлопковое дело» начинается на несколько лет раньше чем в реальности. Фигуранты — коррумпированные партаппаратчики для того, чтобы скрыть следы своих преступлений разжигают на территории Средней Азии выступления мусульманских боевиков. Борьба исламских сил против русских коммунистических властей поддерживается Пакистанскими и Турецкими спецслужбами. Исламисты быстро выходят из под контроля чиновников и ведут партизанскую войну, не стесняя себя в средствах. Вершиной исламского сопротивления становится покушение и убийство Брежнева в Ташкенте в марте 1982 года. Занявший пост генерального секретаря Черненко, после карательных акций в Узбекистане принимает решение об изменении конституции СССР с внесением статьи об условиях исключения республик из состава Союза.
ГЛАВА 17
МЫ БЕСШУМНАЯ КОМАНДА, ЗЛАЯ БАНДА АТАМАНДА
— Вот такие дела дорогой Виталий Васильевич, — Хрипловатый голос с лёгким кавказским акцентом был спокоен. — Хотя то, о чём он докладывал, скорее пугало, чем успокаивало. Ситуация в Мавераннахре за последнюю неделю стала гораздо хуже, чем была даже не в самые лучшие времена зимы 1979 года. А тут ещё надвигались Олимпийские игры, угрожая смести всё на своём пути, словного селевый поток в горах.
— Салтан Кекезович, ты так спокоен, как будто вокруг тебя барашки травку щиплют, — Федорчук[101], тоже попытался пошутить. — Что ты предлагаешь?
— Не в моей компетенции что-то предлагать, но если честно, то надо срочно из Афганистана уходить и людей наших поголовно эвакуировать. Иначе эти басмачи зарежут всех. И делать это надо как можно скорее. Ещё неделя и этот ублюдок недоделанный Бабрак Кармаль сдаст им Кабул, они его, конечно, повесят, он дурак, его не жалко. Но плохо будет, если там пострадают наши граждане. Драться за страну, даже за собственную жизнь он не может, да и не сильно хочет.
— Может его эвакуировать? Как считаешь, Салтан Кекезович? Пригодится он нам?
— Может и эвакуировать… — Магометов на том конце провода тяжело вздохнул. — Конечно, хорошо иметь послушного человека, но не такого как Бабрак… Тут бы своих успеть вывезти. Последние события не радуют. Вчера пропал главный геолог в ДРМ. Помнишь Женю Охримюка? Говорят, они с женой сели в аэропорту в свою машину, и как в воду канули…! Представляешь?
— Чёрт! — в голосе Федорчука прозвучала стальная злость. — Помню, конечно, этого боевого старикана! Человек! Если за него будут выкуп просить, соглашайтесь на любые условия. Потом со всеми рассчитаемся.
Главный чекист нервно встал и подошёл к окну. Бывшая Лубянская, а ныне площадь Дзержинского жила обычной суетной Московской жизнью.
— В общем, так, — глава Комитета решил, что пора закругляться. — Я тебя понял, буду выносить вопрос на ЦК. Завтра попробую согласовать дату совещания по этому вопросу. Вот только больно уж он скользкий. Наши идеологи же готовы костьми лечь, только б нести свет ленинизма, куда ни попадя. Сколько наших сейчас в этом долбанном Афгане?
— К счастью, не так много как год назад, — Магометов открыл блокнотик, — но 344 человека числятся по линии МО, 235 по линии КПСС, ещё 150 геологов, строителей и прочих специалистов. Это не считая работников нашего посольства в Кабуле, консульств в Мазари-Шарифе и Герате. Военные и геологи многие с семьями, с детьми. Я бы лучше больше наших граждан эвакуировал, чем этого идиота.
Однако глава советской госбезопасности уже думал о другом.
— Ещё… — Федорчук на мгновение задумался. — Чуть не забыл. Раз я уже с тобой разговариваю, передай там Борису Семёнычу[102], чтобы записку о целесообразности ввода наших войск составил. И ты ему помоги, свои соображения изложи. Мне будет легче на ЦК докладывать.
Через три дня состоялся внеочередное секретное заседание Политбюро ЦК КПСС. Присутствовали только самые влиятельные фигуры. Именно они должны были решить жизненно важный вопрос. Слово для доклада предоставили главе КГБ СССР.
Виталий Васильевич Федорчук поднялся над столом, поймал глазами взгляд Брежнева и, увидев поощрительный кивок, начал бесстрастным тоном:
— К концу мая у всех, причастных к делам в Мавераннахре, сложилось твердое мнение в эту страну нельзя вводить советские регулярные части. Мало того, надо в кратчайшие сроки эвакуировать всех наших граждан, за исключением дипкорпуса…
— Товарищи! Так нельзя! — раздался с места хриплый баритон Михаила Суслова. — Мы не можем оставить афганских коммунистов в тяжёлую для них минуту. Кроме того, эти исламские фанатики, захватив власть, полезут к нам в Среднюю Азию.
— Я тоже думаю надо помочь афганским товарищам, — раздался голос Пономарёва. — Мы не можем бросить народ соседней страны в тяжёлый час. Мы не можем замахнуться на святое — на интернациональную солидарность трудящихся. Это было бы не по-ленински. Я напомню, что в когда-то Владимир Ильич поддержал молодую турецкую республику в похожих условиях. Если же мы уйдём без боя из Мавераннахра, то это станет плохим примером для наших союзников среди развивающихся стран…
— А вы подумали о том, что как только мы уйдём, туда придут американцы? — глуховатым басом поддержал Андрей Громыко. — Советский народ не поймёт. Если они поставят там «Першинги», то под прицелом окажется и Ташкент и Байконур.
101
Федорчук Виталий Васильевич — председатель КГБ СССР после смерти Андропова
102
Иванов Борис Семёнович — руководитель Оперативной группы КГБ в Мавераннахре