Психомародеры: Часы Галлюцинаций

Я лечу к Фрейду. Он наконец приходит в себя, и его руки окружают ленты черного пламени.

Останавливаюсь.

В меня летит два сокрушительных толстых столба темного огня. Выставляю перед собой прочный воздушный щит. Заклятие Фрейда бьет в барьер, но оказывается не способным его разбить.

Зигамонд начинает предпринимать новые попытки сломать мой щит. Он бьет одной способность за другой – снова и снова.

Черное пламя, алые молнии, белые вспышки, синие сферы, золотые щупальца, ядовитые кинжалы – все летит в меня.

Мой барьер медленно покрывается трещинами, но все еще выдерживает жестокий натиск оппонента.

И тут я понимаю, что делаю все именно так, как мне говорила Сипилена. Я выматываю Фрейда. В отличии меня, он использует множество силу, растрачивая энергию своей Искры. Я же, в свою очередь, применяю всего лишь одну способность, отражая все его атаки.

Попытки Фрейда разбить барьер оказываются тщетными. Мой купол атаковали огненные молоты и ледяные секиры, в меня пускали град искрящихся стрел и сотни острых мечей.

Все оказалось тщетно.

Почти…

Мой щит был готов вот-вот расколоться. Если он продолжит атаковать в том же духе, то в итоге добьется своего.

Фрейд уже собирал силы для новой атаки.

На этот раз в меня устремились красные нити, разрывающие вокруг серебряные связи и золотые сферы бессознательного. Означало ли это, что бессознательное этих людей уничтожено? Я не мог точно этого знать наверняка, но серебряные нити и золотые пятна, действительно, безвозвратно исчезали. Меня это сильно напрягало.

Когда поток алых нитей ударил в моей щит – брызнули прозрачные осколки. Барьер разрушен, а я вступаю в битву.

Приняв облик красного ворона, я лечу к Зигамонду и… не вижу его.

Где он?

Поднимаю взгляд и…

Передо мной возникла огромная фигура Фрейда. Проклятье! Он увеличился в размерах! Мой огромный ворон в сравнении с ним – городской голубь для простого человека.

Безумный Лорд заразно засмеялся.

Исполинские размеры ему не помогут! Великан принялся размахивать руками, пытаясь сбить меня, но я ловко улетел в стороны.

Самым главным оставалось то, что движения Фрейда не замедлились! Он не двигался, как в замедленной съемке. Скорость и ловкость остались точно такими же, какие были у Фрейда прежнего размера.

Это изрядно усложняло ситуацию.

Я взлетел вверх и возник прямо перед лицом Фрейда. Пускаю пламя из клюва, и огненный поток бьет прямо в нос и глаза Зигамонда. Испытав жуткую боль, он резко закрывает лицо руками, а я отлетаю в сторону.

Нельзя давать слабину, а потому я начинаю новую атаку – снова огонь!

На этот раз пламя бьет в тыльные стороны ладоней.

Фрейд взревел.

Получив сильнейший ожог, он оказался не в состоянии поддерживать свои гигантские размеры. Все тело Зигамонда наполнилось ослепительным сиянием и уменьшилось в размерах, вернувшись к первоначальной форме.

Зигамонд оказался на дальнем расстоянии от меня. Кожа на его лице уже обуглилась и почернела. На руках проступали волдыри и черные пятна.