Новая жизнь темного властелина. Часть 2
- Автор: Федин Андрей Анатольевич
- Серия: Новая жизнь темного властелина #2
- Язык: русский
- Жанр: Попаданец
Электронная книга - «Новая жизнь темного властелина. Часть 2». Краткое содержание книги:
Отправил по управляющим нитям почти сотню одинаковых плетений. Вот оно главное преимущество семёрок перед низкоуровневой нежитью. В девяноста девяти квадратах одновременно сработали заклинания «обнаружение жизни».
Они подтвердили мои догадки: змеихи сосредоточили силы в пятнадцати квадратах — вблизи семнадцатого, облюбованного их главной. В остальных плетения около стен обнаружили лишь спящих птиц. Скомандовал замершим напротив пустых квадратов отрядам разделиться — часть сёмёрок направил патрулировать улицы.
Пора командовать атаку.
Девяносто девять «воздушных кулаков» один за другим ударили по воротам боярских квадратов Бригдата — щедро напитал их маной, не жалея энергию рощи. Картинки мелькали перед моими глазами, стремительно сменяя одна другую. Увидел, как сорвало с петель створки ворот: какие-то улетели внутрь кварталов, сметая ряды защитниц, какие-то шрапнелью из обломков досок, щепок и каменной крошки брызнули в стороны.
Вздрогнули и частично осыпались стены, погребая под своими обломками тела змеих. Появились звуки. Слышал их нечётко, порциями — одна доза шумовых коктейлей сменяла другую. Грохот камней у входов в квадраты смешался с женскими воплями. Где-то я различил в человеческих криках испуг — где-то визжали от нестерпимой боли. Но крики быстро умолкали: принялись за дело семёрки.
Мёртвые воительницы уверенно орудовали покрытыми налётом ржавчины мечами. Многие полученные при жизни физические навыки сохранились у них и после смерти. Раненых у ворот мертвецы добили почти мгновенно — во всех квадратах, где им оказали сопротивление. Набросились на визжащих и стонущих змеих, подобно стае кровожадных хищников. Изрубили их безжалостно — словно действительно мстили за своих потомков.
Хотя… помнится, учитель утверждал, что высокоуровневая нежить и без привязки души способна на воспоминания. Пусть этот факт при моей жизни и не доказали, но я склонен был верить старому некроманту. Ведь если я относился к некромантии, лишь как к любой другой работе — ответственно, но без особого трепета. То мой учитель посвятил этой науке всю свою жизнь.
Любой источающий зловоние мертвец казался ему «прекрасным материалом» для исследований. Некромант не интересовался, кем были его подопытные при жизни: он недолюбливал живых. Хлопотал над каждым поднятым мертвецом, как над родным ребёнком. Не позволял себе в работе ни небрежности, ни пренебрежения к собственным созданиям. Понимал их намного лучше, чем другие учёные.
Прав был давно уже покойный некромант, или ошибался, но я чувствовал в действиях мёртвых боярынь невозможные для нежити эмоции. Мой приказ не подразумевал проявлять к служанкам змеих жестокость — семёркам было велено только лишить врагов жизни. Но то, что вытворяли со своими противницами поднятые воительницы прошлого, заставило меня вспомнить страшилки о кровожадных мертвецах.
Одна за другой передо мной представали сцены из разных боярских квадратов Бригдата. Где-то я наблюдал тишь и покой: «обнаружение жизни» выявляло лишь теплокровную мелочь — птиц и юрких грызунов. Мои бойцы бродили там, рассредоточившись по участку, засыпали меня картинками с погружёнными во тьму зданиями и безлюдными дворами.
Но часть изображений, что вспыхивали перед моим мысленным взором, походили на сцены ритуалов, так любимых обитателями инферно. Кровь, кровь, кровь. То, как расправлялись со служанками богини семёрки, впечатлило даже меня. Никогда не являлся любителем жестокости. Подразумевал, что мои приказы мертвецы исполнят несколько иначе. Но то, что предстало перед удалённым взором…
Я подавил желание вмешаться в действие подопечных. Процесс запущен — коррекция нежелательна. Мелькнула мысль о том, что теперь никто не усомнится: служанок богини настигла карающая длань мстительниц. Те останки… ошмётки, что оставляли от змеих семёрки, не сумеет поднять ни один некромант. Как выразился бы мой старый учитель: «Материал испорчен, просто уничтожен».
Я бросал в квадратах «обнаружение жизни» — подсвечивал бойцам всё новые цели. Мы находили змеих за стенами сторожек, под обломками стен, в кустах. Главные очаги сопротивления около ворот воительницы-предки уничтожили за сотню ударов сердца. Семёрки — не пятиуровневые неумёхи. Вот кто пригодился бы мне тогда в Аркее. Запахов я не мог чувствовать, но память услужливо напомнила, как пахла свежая кровь.
Мёртвые боярыни устремились вглубь квадратов — безмолвно и бесшумно, рассеиваясь по территории. Кто-то лишился конечности, кто-то пропускал через новые дыры в теле свет фонарей — это не могло им помешать убивать. Я не вёл точных подсчётов убитых. Да и не ставил перед собой подобной цели. И всё же прикинул: у стен кварталов, уже в самом начале сражения погибла большая часть явившихся в Бригдат иноземных захватчиц.