Воин в осаде
- Автор: Мамбурин Харитон Байконурович
- Серия: Добрым демоном и револьвером #4
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Воин в осаде». Краткое содержание книги:
Что же делать лорду Алистеру Эмберхарту во времена, когда вокруг его нового домена заваривается такая каша? Много чего. Необходимо разобраться с проблемами, растущими как грибы, как вокруг него, так и внутри. Разными, срочными, частными и глобальными.
А он это умеет делать лишь одним единственным способом…
Не изучай я всю юность «Паладинов», готовясь вступить в ряды механизированной гвардии доброго короля Генриха Двенадцатого, то осилить приводимые итальянцем аргументы было бы почти невозможно. Однако, не понаслышке знакомый с терминами вроде «силы псевдомышечного импульса», «обратная аурная связь» и «резонанс Стахова-Оливье», я в принципе понял суть того, что хотел сообщить мне механик.
Заменив сдохший ЭДАС «Свашбаклера» на его нормальный рабочий аналог, я бы потерял доспех на длительное время, необходимое, чтобы медленно и аккуратно переучиться на кардинально новую схему управления движением, которая весьма сильно бы отличалась от схемы управления «Паладином». К счастью, ограничить ЭДАС было лишь вопросом техники, с которой у нас сейчас был полный порядок, но у Виллермо Завоначчи было альтернативное и более соблазнительное предложение — не тормозить эфирный двигатель, а избавить «Свашбаклер» от избытков мышц, грубо скопированных с «Паладина».
— Мессере, тут всё очень просто! — вещал мастер, — Мы ставим ЭДАС, си? И удаляем по 30 процентов волокон из ног и рук. Я вас уверяю, вы их не задействуете при всём желании! Точнее, это вполне… вполне можно сделать, если подключить доспех по старинке к железнодорожному полотну, да! Только зачем вам нужна возможность разорвать собственное тело и мозг, прыгнув на полсотни метров вверх? Это избыточность! Это незадействованная избыточность!
А если убрать лишние волокна, проложив вместо них полужидкие хирургические накопители, имеющиеся у Завоначчи в избытке, если поставить при этом стандартный ЭДАС, если «мессере Эмберхарт» сможет уделить хотя бы полдня на калибровку «Свашбаклера», то он, скромный мастер, будет счастлив увидеть меня более чем удовлетворенным! Сроки? Мессере, тут сроки будут так смешны, что… давайте прямо скажем, завтра мы уже сможем начать калибровку! Стоимость моих услуг? Оу, боюсь, что дальше нам смеяться не получиться. Давайте посчитаем…
Не так страшны оказались цены на услуги мастера, как заявленная им стоимость накопителей. Все-таки, эти сверхпрочные полупрозрачные трубки с гелем зеленоватого цвета предполагалось отрезать кусками от 5 до 20 сантиметров, затем внедряя их в плоть или механизмы аугментированного человека, а «Свашбаклер» хотел сразу 12 метров. В наличии на «Хильде» эти метры были, но здесь уже потребовалось вызвать целый консилиум из капитана Зедда и его лейтенантов, чтобы они, вместе с Завоначчи, смогли придумать мне счет.
Его я, скрипя сердцем и кошельком, оплатил. Впрочем, о опустошенной половине принесенного из Токио чемодана горевать особо не получилось — «Паладин» был собственностью Японии, выданной мне для решения конкретных поручений и выполнения просьб того же тай-сёгуна. Как дали, так и заберут. А вот «Свашбаклер» был уже моей и только моей собственностью.
К следующей своей запланированной остановке я идти не хотел. Но, как обычно, было нужно. Необходимо.
Распутин, весь чумазый и растрепанный, вручную загружал снаряды в раскрытый погреб «Кагуры». Богатырь, нимало не смущаясь нелепостью своего внешнего вида, заключавшегося в саже и подштанниках, брал подмышку артиллерийский снаряд, а затем поднимался с этой здоровенной дурой по шатающейся приставной лестнице. Вставал, неторопливо ловя равновесие, затем, поймав, ловко перехватывал смертельный подарок двумя руками, аккуратно запихивая его в приемник. Сделав дело, он, чаще всего, спрыгивая с падающей вместе с ним лестницы, затем приставлял её обратно и повторял упражнение.
Сев неподалеку, я извлек сигарету и, прикурив, позвал друга. Поговорить.
Друга ли?
— Что хотел? — сумрачно спросил Евгений, вставая надо мной с упертыми в бока руками.
— Я не защитил твоих. Вина на мне. Что будем с этим делать?
Прелюдии, дипломатия, вежливость, такт? Не нужно. Парень еще не пережил горе, а мне нужно быть уверенным, что снаряд из «Кагуры» не прилетит в «Хильду» или куда-либо еще. Княжич «не такой», я «не такой», наши отношения «не такие», но речь идёт не о двух подростках с их мелкими личными проблемами. Распутин мой гость, под моей защитой. Именно я не уберег его людей, которых истребили просто потому, что они оказались у нападающих на пути.
— Ответь мне на один вопрос, Эмберхарт, — Распутин говорил, отвернув голову в сторону, — Если бы я не подсказал тебе увести поезд, ты бы отправился на выручку нашим одноклассникам?
— Нет, — сухо ответил я.
— Почему?
— Потому что я жив лишь потому, что правильно выставляю приоритеты, Евгений.
— Ты ко мне сейчас подошёл, потому что выставил себе такой приоритет? Как они у тебя работают, а? Проснуться, выпить чашку кофе, подумать, пострелять в народ, покурить, погулять, а потом подойти ко мне и вот так спросить — «что мы будем делать?!», — под конец фразы Распутин почти кричал. Здоровенный, белобрысый, похожий скорее на викинга, чем на славянина, он был… зол.