Я все смогу сама [litres]

К полудню начался дождь. И почти вместе с дождем на пороге появился Михаил с букетом в руках.

– Привет! – улыбнулась Валя.

К счастью, он вовсе не походил на Игоря. Да, телефон по-прежнему был выключен. Но вот он сам, стоит на пороге и вполне отчетливо этому рад. Если бы она так на него не сердилась, она бы даже поцеловала его. Но…

– Привет! Я очень торопился, боялся, что ты уедешь.

– Я звонила тебе несколько раз.

– Знаю, я видел. Но не мог ответить. Я же предупреждал.

Валя кивнула – да, предупреждал.

– Звонила, потому что соскучилась?

– Нет, я просто хотела узнать, что у вас с Александром произошло?

– С Александром? С каким Александром? Кто это?

И Валентина завелась:

– Ой, вот только, пожалуйста, не надо делать вид, что ты не понимаешь! Он сказал, что будет подавать на тебя в суд за избиение.

Валя вышла в сад, и Миша послушно прошел следом.

– Ах, с этим Александром… Вот только я не знал, что он Александр. Это просто был ненормальный, да к тому же пьяный тип.

– Но ты его избил!

– Я его не избивал.

– У него синяк под глазом.

Голос у Миши был тихим и ровным. Конечно, он не собирался Вале рассказывать ни об этой драке, ни о том, что именно этот слизняк говорил о женщине, которую якобы любил с шестого класса.

– Я просто его ударил. Потому что он сам об этом просил.

– И ты считаешь, что это смешно? Ты вообще представляешь, что именно ты натворил?! Ты хоть знаешь, кто это?

– Это полное ничтожество. И больше никто.

Валентина хмыкнула. «Господи, ну вот почему, когда в дело вмешивается мужик, все идет кувырком?»

– Да кто тебя просил в это лезть?! Ты хоть понимаешь, какие у меня теперь проблемы из-за всего этого?!

– Спокойно расскажи, в чем дело…

– Не вопрос. Я тебе сейчас просто расскажу, в чем дело. Он просто отозвал мой кредит. И поэтому я просто вынуждена теперь продавать свой дом. И поэтому просто мы теперь с девочками будем жить в отеле.

– Вот как…

– А нет, есть еще один тонкий нюанс. Если в течение месяца я не найду деньги, то меня банк просто лишит моей гостиницы.

– Я сейчас поеду и сам с ним разберусь.

– Вот только я тебя прошу, – Валя говорила все громче и громче, – не вздумай! Ты понимаешь, что так еще хуже сделаешь? Я не представляю, что он способен мне еще устроить, если ты его хоть пальцем тронешь… Я сама решу все свои проблемы, как обычно! И не надо ни во что вмешиваться больше! Никогда и ни во что, ясно?!

Михаил молча смотрел на Валентину. Ох, сколько раз он такое уже видел. И столько же раз ему было почти все равно. Но не сейчас. Не с ней.

– Ясно, – кивнул он и улыбнулся.

– Ну и хорошо…

– Мне ясно, что тебе надо успокоиться.

Михаил подошел к порогу, положил на него цветы, которые все это время сжимал в руке, и бросил, уходя:

– Я поеду.

За этим странным разговором из окна наблюдала Кира. И только когда за Михаилом хлопнула калитка, когда мама села на ступеньку рядом с цветами и закрыла руками лицо, она вышла на улицу.

– Мам, что-то случилось?

– Ой, Кир, какой-то кошмар…