Поездатое путешествие

В следующую секунду голова невидимки взорвалась как перезрелый арбуз от выстрела дробью от Арена и на бедного медведя рухнуло тело в спецовке, густо орошая того кровью. Трое оставшихся противников, охреневая от такого расклада, стали пытаться свалить. Один из них применил какой-то навык по типу рывка, мгновенно ускорившись и спустя две секунды оказавшись в двадцати метрах от своих соратников. Разбивая его мечты об успешном побеге под прикрытием своих товарищей, что стремились огнём прижать неожиданно зубастого противника, у самого поворота прорезаясь сквозь газосиликатные блоки и стену, в целом, как нож сквозь масло, пронёсся фантом клинка самурая, разрубая спринтера на две неравные половинки.

— Тц, не учёл низкую плотность стены — в белой пыли стоял дядюшка Сэм, взирая на стену, что оказалась раскурочена и вместо запланированного разреза, целый угол был выбит и разрушен как от попадания снаряда. Этот же навык — «Разрез» он использовал на лестнице когда бежал от зомби на стройку в самом начале их пути к спасению.

В пыль понеслись пули, но предупреждённый Соколом, Сэм не попал под удар противника.

— Кончайте их, зомбари уже прут, отсюда их урчанье слышу. — дал команду временный руководитель отряда.

— надёжно укрылись ублюдки — вмешался находящийся в маскхалате и стороне от всех событий Волк

— Тогда граната — нет времени. Волк, тащи Медведю подругу, она должна быть ещё жива, и отступаем, я же пока лут соберу по-быстрому — дал указания престарелый Самурай, поразительно быстро изучивший и включивший в свой словарь сленговые словечки.

Волк же следуя указанию, выдернул чеку и швырнул яростный подарочек прямиком к паникующим «отморозкам».

...

Тьма обволакивает, успокаивает, дарит уют. Так легко окунуться в её тёмное естество и укрыться, словно одеялом от всего остального мира, и тебя никто не найдёт. В детстве я боялся оставаться один в тёмной комнате, теперь же — я наслаждаюсь каждым подобным моментом. Тебя — нет. Врагов — нет. Боли — нет. Ничего — нет.

— И смысла в таком существовании тоже нет. Очнись уже, партнёр!

Мысленно прогоняю надоедливого жука и вновь погружаюсь в нежное объятье тьмы...

Одеяло сменяется бесцветной ночью, и лишь сознание дорисовывает краски на тех местах, куда падает мой взор. Вот я иду по лестной тропинке, слева, за стеной леса едва виднеется болото, в которое с блажью погружаются люди. Вот продавщица из булочной, где я постоянно покупал завитушки. Следом — Семёнович, учитель физкультуры старших классов, Иван Николаевич — первый начальник после университета, десятки, сотни, тысячи знакомых уходят на покой. Самые разные люди, с которыми меня так или иначе связала судьба. А я всё иду. Справа из точно такого же болота поднимаются и навстречу мне, идут ушедшие ранее на покой. Но все они болезненные, уставшие, переломанные, словно... зомби. И вот я уже шагаю во главе отряда мертвецов. Надоедливые жуки тащат на мою тропинку всякий мусор, то на шишку наступлю, то ветка вопьётся в ногу, достали! Стоило лишь захотеть раздавить надоедливое насекомое, как ярость сменяется удивлением. Здоровенный Жучара тащит прямо передо мной мой студенческий билет с вырванной фотографией. Чуть впереди толкает на мою тропинку игрушечную модельку автомобиля что в детстве подарил мне отец. Вещи из моего прошлого и настоящего одна за одной появляются на моём Пути.