Пляски на костях

Возвращение нашей команды домой заняло совсем немного времени. Несмотря на мутный разговор в холле Лисьей Норы, мои ребята были довольны и счастливы. Особенно радовалась Сонька, которой удалось сыграть решающую роль в деле поимки вражеского некроманта. Только Катя была как-то насторожена и посматривала на нас с Алисой, с интересом.

— Что это было, рыжая? — спросил я, едва перемещение закончилось и большая часть команды, удалилась в сторону кухни.

— Антуан, не будь наивным, ты же прекрасно понимаешь, что из-за моих отношений с Елисеем, я была просто обязана выступить в его поддержку.

— Каких отношений? — влезла Полина, которой, как обычно, никто, ничего не говорил.

Я молча развернул нашего мидаса-параноика к кухне и одновременно толкнул в спину и шлёпнул по заднице. После чего развернулся к её единокровной сестре и внимательно посмотрел на неё.

— Как же ты потрясающе лживая паскудка, — ласково сказал я.

— Учитель хороший был, — фыркнула она.

— Учителя, — поправил я. — Но ты и без нас хорошо справляешься. Короче, рыжая, мы вернёмся к этому разговору, но после Жатвы.

— Договорились. — улыбнулась она и телепортировалась в Лисью Нору.

— Дядя Антон, я не поняла, — удивлённо сказала Катька. — Что она говорила про человека, который научил её вранью?

— Она имела в виду меня, — я приобнял племянницу. — Преувеличивала, естественно, Алиса и до знакомства со мной, хорошо умела хитрить, юлить и откровенно врать окружающим, причём делала это не просто с удовольствием, а вкладывая душу. Сейчас она просто намекнула, на то, что многое в этом доме, на практике делается не так, как ей говорили. И это Катюша, очередной урок. Некроманты лгут всем и всегда, кто не является его близким. Это наша защита, помимо миньонов.

Катя удивлённо кивнула. Ей не по душе был этот урок, но было видно, что она его усвоит. Вот и чудесно.

Вместе с племянницей мы зашли на кухню, где собралась уже вся команда.

— Ладно, — сказал я. — Теперь о деле. В этом году я не просто буду проводить Жатву, но и обучать этому Катю. Сразу предупреждаю тебя, Катюш. Ритуал это очень мерзкий.

— Вы рассказывали, — пискнула племянница.

Вот никак у меня не получается отучить её обращаться ко мне на вы, или называть дядей Антоном. С другой стороны, сами же жалуемся, на непочтительность современной молодёжи, а когда встречаем того, кто и обращается как положено, не дерзит и не хамит, нет, не пугаемся, но с непривычки просим прекратить.

— Ха! Когда рассказываешь, это звучит не так отвратительно, кажется. Поэтому я стараюсь делать так, как мне объяснял учитель. Брать какое-то особо омерзительное сборище людей и убивать там тридцать-сорок человек, чтобы потом совесть не мучила.

— Совесть? — хором переспросили Марселлинн, Полина и Стас.

Погодите, паскуды, я вам это ещё припомню.