Где деньги, мародер?

— Точно… — центровой притопнул ногой. — По Ушайке их сплавим, пусть у них там голова болит.

— А ежели этот, пришлый, не один был? — тревожно прошептал сиплый.

— Ну… ежели не один, то второй убег уже, — равнодушно бросил центровой и сделал шаг обратно к двери. — Где мы тут по темноте его ловить будем?

— А ежели… — начал сиплый.

— Все, хватит! — оборвал его центровой. — До рассвета и так дел за гланды, а ты тут еще воду мутишь. Скажем всем, чтобы забились в норы и на глаза Батьке и его людям не попадались. И чтобы не болтали чего. И это…

— Чего еще? — недовольно спросил сиплый.

— К Забаве все-таки сходи, она тебя привечает, — медленно проговорил центровой.

— И чего? — сиплый тяжело вздохнул.

— И ничего, — сказал центровой. — Потолкись там у нее рядом. Понюхай воздух. Разговоры всякие поразговаривай. Взамуж позови.

— Чтобы знать, ежели что, что Батька к ней сунулся? — спросил сиплый.

— Ну…

Дверь заскрипела. Потом хлопнула. Снова стало тихо.

Понятно.

В гнезде местного криминала назревает переворот с привлечением потусторонних сил. Ну, такое… Синклера жалко, конечно, попал в чужой замес. Вообще-то это мог бы и я так высунуться. Повезло, ничего не скажешь.

Надо было уже открывать тайник и выбираться отсюда.

Так.

Мне нужна выемка, заложенная сверху камнем. Сто лет уже прошло, этот камень тысячу раз мог или вывалиться или намертво врасти. Я обежал пальцами всю стену. Холодную, заросшую мхом и какой-то слизью. Пошевелил один из выпирающих камней, потом другой.

Достал нож и взялся аккуратно вычищать бороздки.

Прислушался.

Судя по бубнежу за дверью, центровой расписывал всем диспозицию. Скоро они начнут выволакивать трупы, могут еще и светильники вынести, заметят беспорядок…

Твою мать, надо поторапливаться, правда.

Каждый раз, когда решаешь, что надо спешить, все начинает идти наперекосяк.

Мне на руки посыпались какие-то мелкие шевелящиеся твари. Брр. Даже хорошо, что я не вижу, что за насекомые обитают в этом подвале.

Интересно, кстати, этот тайный подпол с остальным подвалом сообщается? Вряд ли. Ушкуйник явно его использовал, чтобы всякое там награбленное прятать от заинтересованных глаз. А если сюда можно обычным путем попасть, то какой это, к черту, тайник?

Камень, наконец-то, зашевелился. Я стал раскачивать его, как гнилой зуб. Посыпалась труха.

Наконец у меня получилось вынуть его из стены. Я аккуратно положил его себе под ноги и сунул руку в дыру. Глубокая, зараза. Рука влезла примерно по плечо, прежде чем пальцы коснулись чего-то, похожего на кожаный мешочек. Я ухватил находку и потащил наружу.

Мешочек был тяжелый.

Неужели все-таки тот самый? Знаменитые Золотые Соболя, которые так и не достались Крюгеру?

Сердце активно забилось. Даже пальцы начали подрагивать.

Так, Лебовский, ну-ка не кипиши!

Ты все еще на вражеской территории. За стеной — толпа вонючих бомжей, отягощенная неведомой черной тварью, которая выжирает внутренности.