Зараза 2

«Призрак» пытался помочь, но попал под лапу опарыша, отлетел к стене и затих. Я уже не газовал, давил на тормоз, вцепившись в руль, стараясь удержать погрузчик от падения. А «креветка» билась открытой пастью о мачту погрузчика, пытаясь добраться до кабины. Я выстрелил, разрядил, все, что оставалось в магазине «ППК» и даже прострелил несколько лепестков, но пасть твари только еще шире распахнулась и начала верещать, перекрикивая шум пожарной сигнализации и забрызгивая все вокруг слизью.

Кажется, лопнула барабанная перепонка, я заорал матом, когда вслед за звуковой волной, что-то вонючее и едкое прилетело в кабину. Попало мне на руки и на лицо, смешиваясь с водой, лившейся из системы пожаротушения. Защипало глаза, я бросил руль, смахнул тыльной стороной ладони влагу с глаз, и выхватил из подсумка гранату РГО. Выдернул чеку, в упор метнул прямо в открытую пасть и, выпрыгнув из погрузчика, бросился бежать.

Ни обо что твердое граната не стукнулась, сразу взрыва не произошло, но сначала за спиной грохнулся погрузчик, а через четыре секунды, наконец-то, рвануло. Я уже прятался за колонной, черпая воду из лужи и промывая глаза.

«Призрак» еще был жив, только поломан. Забрало на шлеме разбилось, открыв изможденное небритое лицо, и нога была слегка вывернута. Он отползал по стеночке от дымящегося неподвижного опарыша, но продолжал стрелять в раненую тушу из дробовика, крича «фак» или «мазафака» после каждого выстрела. И тройной «фак», когда патроны закончились.

Бородатый заметил меня и махнул рукой. А потом присмотрелся, видимо, узнавая, его глаза расширились, он закашлялся. Но вместо того, чтобы схватиться за пистолет или попытаться быстро зарядить хоть один патрон, лишь похлопал себя по груди с ворчливым «мазафака». Я понял, что он не кашляет, а смеется, вот только выходит у него это плохо.

Я обошел дергающегося в предсмертных судорогах монстра, маленькие ножки только трепетали, а из рваной раны на шее толчками вытекала желтая слизь. И направился мимо «призрака» к пандусу в подвальные помещения, уже видел разноцветные линии навигации, по которым я вспомню дорогу до подземной тюрьмы. И уже когда почти спустился, услышал за спиной:

— Удачи тебе, бродяга...