Никогда не улыбайся незнакомцам [ЛП][Never Smile at Strangers]

Глава 67

Гром прогремел в небе, когда он прокрутил эту сцену в голове. Его ангел на долю секунды взглянула на его записку, прежде чем поникнуть у него на глазах. Увидев ее боль, он почувствовал, как внутри нарастает ужас, но что было еще больнее... и почти невыносимо... так это осознание того, что он никогда больше ее не увидит.

На обратном пути к дому его охватил приступ паники, такой сильный, что он думал, что задохнется. Посреди всего этого он увидел Эрику Дюваль, присевшую на корточки в лесу. Она тоже его видела, но это его не очень волновало. Теперь она ничего не могла ему сделать.

Дома он пошел в свою спальню и выхватил вторую записку из-под матраса. Затем, на кухне, он сосредоточился на том, чтобы успокоить свою руку. Пять минут спустя более важная записка, о которой он беспокоился уже месяц, но надеялся, что ему не придется ее отправлять, была завершена. Он сунул ее в конверт и подошел к почтовому ящику, на котором жирными белыми буквами было написано «Сикрест». Опустив письмо в ящик, он поднял красный металлический флажок, чтобы почтальон знал, что есть почта на отправку.

Вернувшись в дом, он прошел в комнату матери и в ее крошечную ванную комнату. На нижней полке аптечки лежал тощий тюбик зубной пасты, покрытый пылью, и два оранжевых пластиковых флакона, наполовину заполненных лекарствами. Оба с галоперидолом. Этикетки выцвели и отслаивались от пластика, но он все еще мог разобрать имя своей матери. Дария С. Тибодо. Буква «С» означала Сикрест, ее драгоценную девичью фамилию.

Он открыл первую баночку и перевернул ее вверх дном. Четыре маленькие круглые таблетки с белыми крестиками, выгравированными по центру, упали в его дрожащую руку. Во втором флаконе было девять. Сжимая тринадцать таблеток в потной ладони, он, шаркая, вышел из комнаты матери в свою собственную.