Я стираю свою тень - 2

— Зачем тебе?

— Чтобы успокоиться.

— А может, вместо планеты ты посмотришь на меня? — Айрис игриво подвигала глазками.

— Нет, ты меня не отговоришь. — Я отвернулся и стал изучать небо, надеясь увидеть в нем знакомые скопления звезд.

Их было так много, что я не смог выделить ни одно из них. Да и знал я не так много созвездий: Орион, Большую Медведицу да Кассиопею. Без атмосферы, фильтровавшей свет звезд, космос казался другим. Позиция Айрис, будто нарочно уводящая меня от предположения, показалась мне странной и даже вредительской. Можно было решить, что она выбрала иную позицию, противоположную нашим настроениям, и решила во что бы то ни стало вернуть Джанбобу.

— Ну, не дуйся, Гордей. — Айрис заметила мое хмурое состояние.

— Я не дуюсь, я размышляю, — ответил я независимым тоном.

— А то я не знаю, как ты выглядишь, когда размышляешь. Неужели вещь, похожая на китайскую, смогла так сильно на тебя повлиять?

— А если она на самом деле китайская? Что если мы…

— Замолкни.

Она зажала мне рот и посмотрела в глаза с такой яростью, что у меня невольно парализовало язык.

— Не надо дурацких предположений, понял? — спросила она меня жестко.

Товарищи и прочие зеваки заинтересовались нашим конфликтом.

— Что у вас, влюбленные? — спросила Камила.

— Ничего. Милые бранятся, только тешатся, — ответил я.

Мне уже было не до экскурсии. Настроение испортилось. Появились мысли о том, что если появится возможность вернуться на Землю, сказать Айрис, чтобы проваливала назад в свой космос, а мне оставила право жить так, как хочется. О каком семейном счастье можно было думать с таким человеком, который соткан из одних тайн, недоговорок и неясных устремлений. Я стал совершенно другим человеком, и никаких препятствий найти себе девушку по душе не видел. Нормальную девушку.

Айрис еще несколько раз попыталась «подлизаться» ко мне, но я молчал, как тибетский монах во время медитации и строил из себя «обиженку».

— Ладно, неприступная крепость Измаил, подождем, когда сдашься сам. — Айрис оставила бесплодные попытки достучаться до моей совести, откинулась на кресло и закрыла глаза.

Мы вернулись в подземелье. Я немного отошел от обиды, переварил злость и был готов снова поглазеть на какую-нибудь экзотику. Айрис вызывалась замирить конфликт через угощение.

— Сегодня я нагрубила Гордею, наплевав на его ностальгические чувства, и хочу вас всех угостить, чтобы разрядить обстановку.

Она ушла, оставив нас у входа в столовую, в оранжерее, с чахлыми кустами и травкой, которым не хватало света.

— Она сама не своя, — заметила Киана. — Не пойму в чем причина.