Крестоносец

Дмитрий Павлович или в прошлом Митька был сыном незадачливого купца из Пскова, который разорился и попал в личную зависимость. Но жизнь Митьке дала возможность выбраться и не только реабилитироваться, но и сверху прилично набрать. И за себя, и за родителей, которых он перевез уж в Новый свет – в небольшое русское поселение на острове Манхеттен. Которое он сам и основал… первую русскую заморскую колонию.

Добравшись до Дании Дмитрий узнал о начале войны и множестве польских, литовских и ливонских каперов на Балтике, что старались перекрыть торговлю по Нарве да Неве. Поэтому дальше двинулся со всей осторожностью. А то, мало ли, они и в Северное море выглядывают?

Понятное дело, что он вел небольшую эскадру. Но всякое бывает? В конце концов ему, сугубо мирному обывателю, вступать в боевые действия не хотелось совершенно.

Да, он теперь имел три галеона. Причем достаточно больших.

Да, на них стояла вполне приличная артиллерия.

Да, имелась неплохая команда, как артиллерийская, так и верховая, что позволяло достаточно ловко стрелять да маневрировать.

И он сам уже в судовождении мал-мало поднаторел. А где не понимал, то имел опытных капитанов.

Но все одно – не видел никакого смысла в лишнем риске.

По сути он эту эскадру и сколотил из-за опасений всякого рода пиратов, каковых хватало всюду. Доходило по слухам до смешного. Местные жители, соблазнившись чем-то особенно ценным и вкусным, могли легко попытаться совершить захват того или иного судна на лодках во время ночной стоянки. Далеко не всегда и не везде. Но в том же Новом Свете лихих голов хватало. И это все не говоря про бурное пиратство, которое развернули сами датчане. У тех, насколько купец знал, был строгий запрет трогать корабли с русским флагом, но дураков оно всегда и везде хватает. Поэтому держался он на стороже весь путь. Впрочем, как и всегда.

Отвернув у Дании на север и пройдя вдоль берегов Норвегии, Дмитрий достиг со своими кораблями Кольского полуострова. И обогнув его вошел в Белое море, по которому форта Никольского и достиг.

Здесь уже во всю свою ширь стала проявлялась рука Державной торговой компании (ДТК), третью которой владел лично Царь, третью Андрей, а третью прочие купцы. Эта компания за очень непродолжительный срок смогла установить контроль за всей внешней торговлей московской Руси. При этом иноземные купцы могли вступать в эту кампанию и, торговать уже действуя от ее имени и в ее интересах. В том числе и за пределами Руси.

Главными ее морскими торговыми узлами на Балтике стали Нарва и новый порт в устье Невы – Петроград, поставленный там, где швецы позже бы поставили Ниеншанц. То есть, на слиянии Охты и Невы. Там уже удалось возвести небольшую древесно-земляную крепость, под защитой которой поставили склады и организовали якорную стоянку.