Крым 1917–1920. Революция и Гражданская война [litres]

«1) Преобразования Крыма в независимое нейтральное ханство, опираясь на германскую и турецкую политику; 2) достижение признания независимого Крымского Ханства и Германии и ее союзников и в нейтральных странах до заключения всеобщего мира; 3) образование татарского правительства в Крыму, с целью совершенного освобождения Крыма от господства и политического влияния русских; 4) водворение татарских правительственных чиновников и офицеров, проживающих в Турции, Добрудже и Болгарии, обратно в Крым; 5) обеспечение образования татарского войска для сохранения порядка в стране; 6) право на возвращение в Крым проживающих в Добрудже и Турции крымских эмигрантов и их материальное обеспечение. Турецко-мусульманский мир готовился к политическому союзу с Великой Германской Империей, своей спасительницей, приносит в жертву сотни тысяч жизней и в дальнейшем готово принести жертвы в еще большем масштабе, чтобы укрепить навсегда достигнутое могущественное положение. В то время, как России, его великий исторический враг, погибла и дорога в Индию освобождена для Германии, поколебались твердыни Англии, мусульманский мир находит силы в твердой решимости тех магометан, которые в Крыму и на Кавказе в течение столетий были лишены чести иметь право умереть за свои стремления и надежды»[167].

Приведенное едва ли нуждается в комментариях, яснее этого чаяния татарской националистической буржуазии, ставшей жалкой попрошайкой у стола всесильных империалистов, не выразить. В стремлении к самостоятельному грабежу, эксплуатации трудящихся всех национальностей, населяющих Крым, буржуазия и националистическая интеллигенция дошла до последнего предела. Она отдавала Крым, как «дорогу в Индию», в распоряжение германского империализма и в награду за это хотела только одного – освобождения от конкурента – русского буржуа и оставления иллюзорной, нетвердой и совершенно не самостоятельной власти татарской буржуазии.

В стремлении к отделению Крыма татарская часть правительства оказалась не одинокой. Центральное управление немецкой связи Крыма (то же, что и Немецкий Комитет) по случаю отъезда Джафера Сейдамета в Берлин обратилось к нему с письмом, в котором от имени всех немцев, живущих в Крыму, в доказательство дружбы между татарами и немцами-колонистами объявляло себя «солидарными с татарами в отношении вопроса об отделении полуострова от Великороссии и Украины и образовании из него особой государственной единицы». Зная, однако, что замкнуто, самостоятельно Крым не может жить, – Немецкий Комитет «для обеспечения его независимости» счел необходимым просить помощи и защиты в Германии[168].

Заявление это свалилось как снег на голову на представителей от немцев в правительстве. Они ничего о письме не знали до тех пор, пока Сейдамет не объявил о его существовании, а так как это произошло в Берлине, то немецкая группа не могла обсудить положения. Татищев из Берлина письмом Налбандову предупредил правительство о выходе из его состава «с момента вступления на территорию Крыма»[169].