Тайна Ольги Чеховой

Оленька нерешительно топталась за спиной Шелленбер-га, ожидая, когда он представит ее Борману. Очевидно, ритуал требовал, чтобы тот сам обратил на нее внимание, и он наконец ее заметил.

— А вы, оказывается, решили порадовать фюрера не только сбитым бомбардировщиком, а еще привезли ему сюрприз. Представьте же меня знаменитой кинозвезде.

Оленька обменялась вежливым рукопожатием с Борманом, и по особому взгляду того через ее плечо догадалась, что оттуда приближается Гитлер. Чрезмерным усилием воли она заставила себя не оборачиваться, а дождаться, когда фюрер обойдет ее и предстанет перед ней лицом к лицу.

Он вошел в поле ее зрения, одетый в черные брюки и в серый военно-полевой френч с черным железным крестом первой степени на левом нагрудном кармане. Перехватив его вопросительный взгляд, штурмбаннфюрер торопливо воскликнул:

— Я привез вам сюрприз, дорогой фюрер!

— Это прекрасную Ольгу Чехову, что ли?

— Не только Ольгу, но и один из ее любимых фильмов, который она жаждет вам показать.

— Разве вам неизвестно, что я отказался от просмотра фильмов?

— Конечно, известно. Но я был уверен, что вы не сможете отказать своей любимой актрисе. Она считает этот фильм своей актерской вершиной и в отчаянии, что вы его не увидите!

— А что за фильм?

Шелленберг чуть не подпрыгнул от восторга — фюрер проявил интерес!

— Расскажите о фильме, фрау Чехова.

— Это невозможно! Весь фильм построен на смене кадров, перепадах настроения, на игре актеров, — это нельзя передать словами. Это нужно видеть.

Гитлер задумался, это обнадежило Оленьку.

— Фрау Чехова решилась приехать в такую даль только для того, чтобы вы увидели ее на экране!

— Я подумаю, — неуверенно пообещал фюрер. — Но вы, наверно, проголодались? А ведь пора обедать! Пойдемте в Чайный домик, нас там чем-нибудь угостят.

Они вошли в Чайный домик и расселись во главе овального стола, за которым уже сидело несколько генералов. Оленька так заинтересованно следила за обедающим фюрером, что даже не заметила, какие разносолы принесли ей. Он сначала съел вареный кукурузный кочан, залитый столовой ложкой растопленного сливочного масла, от бульона отказался и принялся уничтожать высокую стопку особого австрийского блюда — кайзерсшмаррн. Это тонкий омлет, нарезанный на кусочки и вновь поджаренный, с вареньем и обильно посыпанный изюмом. Ел фюрер быстро, не поднося вилку ко рту, а опуская рот к вилке. Не очень различая, что она ест, Оленька наспех проглотила венский шницель, запила стаканом яблочного сока и поднялась из-за стола одновременно с фюрером.

— Так где же ваш фильм? — спросил он.

Оленька возликовала и подала знак Шелленбергу. Тот вытащил из-под стола коробку с фильмом «Бургтеатр» и поспешил в бункер, который служил клубом. Пока они усаживались, прибежал кинотехник и без проблем запустил привезенный Оленькой фильм. Поскольку ей доставили коробку с бобиной из какого-то кинотеатра, там оказалась пятиминутная кинохроника о вступлении немецких войск в Крым. Перед Оленькой замелькали знакомые кадры Ялты, и на миг появилась Белая дача Антона Чехова, в распахнутые ворота которой входила группа немецких солдат. Она чуть было не вскрикнула от неожиданности, но заставила себя замолчать, не желая испортить впечатление от своей игры в «Бург-театре».