Экспансия Красной Звезды [СИ]

– А что у нас со свитерами и верхней одеждой для зимнего клипа «Last Christmas»?

Передо мной ложится еще одна стопка эскизов. Господи, когда она это все только успевает?! Я перебираю листы, внимательно рассматриваю наброски модной одежды для персонажей клипа. Что-то сразу откладываю в сторону, где-то, под удивленным взглядом Львовой, тут же правлю детали прямо на ее рисунке. Но в целом мне все нравится – подброшенные мною идеи нашли свое воплощение в эскизах. Особенно интересным должны получиться ультра модные свитера и кардиганы из пряжи, купленной в Японии – непривычный силуэт, крупная вязка, яркие детали и отделка.

– Машину вязальную освоили?

– А то! У нас Мариночка крупный спец по трикотажу!

«Мариночка» – это та самая мастерица, которую Львова коварно переманила из Дома моделей. Тихая, спокойная женщина средних лет с гладким пучком на голове – и не скажешь сразу, что кудесница. Вот все сотрудницы у Татьяны такие – тихие, спокойные, работящие, как пчелки – и все, как на подбор с золотыми руками. Самый незаметный наш отдел, но что бы мы без них делали? Надо будет премировать тетушек после возвращения из Америки.

Звонит телефон, Львова поднимает трубку: слышу, как Полина Матвеевна просит меня подняться в кабинет. Секретарь зря меня дергать не будет, видимо что-то серьезное. Извиняюсь и спешу прочь из мастерской. За этот отдел сердце мое спокойно. Не подведут.

– Генерал Веверс тебя искал, просил перезвонить – огорошила меня в приемной Полина Матвеевна.

Ну, что там еще случилось?! Мало мне было утренних разборок в Кремле? Или Романов уже передумал ограничивать мое передвижение столицей? Сажусь за вертушку, звоню Веверсу.

Нет, не передумал. Все оказалось еще интереснее. Имант попросил меня после работы съездить на дачу к Дмитрию Федоровичу Устинову.

– Зачем?!! – недоумеваю я.

– Поговори с ним. Что-то он мне совсем сегодня не понравился. Расстроился наш маршал.

– Еще бы! После таких новостей любой бы на его месте расклеился.

– Вот и пообщайся с ним. Успокой старика. Расскажи какие перспективы теперь открываются перед армией, скольких ошибок можно будет избежать.

– А чего сами с ним не поговорите?

– Будет лучше, если он от очевидца узнает подробности и про Афганистан, и про Чечню и про прочие наши будущие неудачи. Он к тебе хорошо относится, а я, боюсь, у него теперь еще большее недоверие буду вызывать из-за того, что все скрывал.

– Ну, ладно съезжу, раз надо – вздыхаю я.

– И вот что еще… гитару с собой прихвати.