Электронная книга - «Совсем не мечта! (СИ)». Краткое содержание книги:
Но подростковой выдержки на большее не хватило. Я дернулся от неожиданности, чувствуя на языке горечь. От таких не самых приятных, на первый взгляд, ощущений в будущем появится легкая зависимость, как от вкуса алкоголя или сигарет…
Забывшись, я открыл глаза. Лицо Антона было бледным и слегка зареванным. Если бы я верил в мистику, то решил бы, что последние десять минут он был кем-то одержим — и именно этим вызван оцепеняющий страх в этих огромных блестящих глазах: непониманием того, что происходит и как с этим теперь жить дальше.
Я понял, что он хочет убежать, раньше, чем это решил сделать он. Я попытался остановить Антона, прокричать его имя, но не смог это сделать, пока не проглотил. А к этому моменту дверь уже захлопнулась.
Чудесная ситуация…
Я в комнате Антона с сильнейшим возбуждением в штанах, которое не заметит разве что слепой. Сам Антон убежал, полагаю, в ванную. Вернется ли он — неизвестно. По пути его мог заметить отец, и будь я на месте Влада, я бы обязательно заглянул в комнату ребенка, чтобы понять, что же произошло, — а тут я! Во всей красе!..
Стоит признать, ситуация несколько вышла из-под контроля. Я-то думал, что в итоге мне перепадет пылкий поцелуй, может, жаркие объятия, но спустить в рот — наверное, это перебор для первого раза. Хотя получилось, отдаю должное, очень пылко — и, с натяжкой, поцелуй, просто не совсем в губы…
На эту тему я мог спокойно рассуждать — она мне казалась щекотливой. Но явно не Антону. Боже, подросток вроде него ни за что не отнесется к подобному с юмором или простотой, для него это — конец света, позор, отвратительный поступок, может быть, даже «грех»! Боюсь представить, чего еще успел навыдумывать он за те минуты, пока я тут размышляю. Мне было необходимо стремглав бежать к нему, пока он не решил, что его жизнь кончена! Причем это надо сделать так, чтобы Влад не поймал в своем доме взрослого мужика со стояком, иначе откровенного разговора с элементами рукоприкладства не избежать! Время терять было нельзя, и я справился с ситуацией так быстро, как только смог. Риск быть пойманным Владом ничуть не возбуждал: была огромная разница между страхом быть увиденным Антоном и кем-нибудь еще — но стоило мне вспомнить его нескромную выходку, как результат не заставил себя ждать. Все-таки Антон оказался в некотором смысле обычным мальчишкой, так что в углу за матрасом я нашел упаковку салфеток. Не найдя в этой комнате мусорную корзину, но желая как можно скорее поговорить с Антоном, я сунул ком из использованной салфетки в карман. Господи, я, наверное, никогда не делал ничего более абсурдного!..
Из комнаты в поисках туалета или ванны, где мог бы прятаться Антон, я вылетел пулей, но все же стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Возможно, тогда мне и казалось, что я быстр и незаметен, но со стороны явно выглядел как человек, укравший мелочь в магазине.
Я добрался до двери, через полупрозрачные стеклянные вставки которой горел мягкий желтый свет. Если постараться, можно было услышать редкие подавленные всхлипы, но мне не понадобилось напрягать слух: будет сказано излишне слащаво, но я чувствовал, знал, что Антон там.
Я надавил на холодную ручку, и незапертая дверь поддалась. У стены, справа от двери сидел на корточках Антон, обхватив голову обеими руками.
— Уходи… — произнес он бесцветным дрожащим голосом.
Вместо того, чтобы подчиниться, я прошел внутрь и загородил дверь спиной. Слева, в большом округлом зеркале я увидел еще одного Антона, еще более подавленного, чем Антон из моей реальности.
— Уходи… — лишь повторил он.
— Мне нельзя, — честно ответил я. — Если я сейчас уйду, то на этом все и закончится.
— Ну и пусть сегодняшнее закончится… Я не горю желанием все это обсуждать…
— Нет, ты не понял: все это закончится. Вообще все. Мы больше не сможем видеться, говорить.
Пальцы Антона болезненно сжались.
— Потому что я отвратителен?..
— Нет. Ты ничуть не отвратителен. Потому что ты будешь стыдиться себя и станешь избегать меня. Потому что будешь считать себя отвратительным, что уже и так начал…
— Уйди. Пожалуйста… — взмолился он, глубже пряча в колени лицо. — Мне не нужны сейчас твои нотации…
— Я не собираюсь долго разглагольствовать. Скажу только главное и уйду.
В моей фантазии я выложил все бойко и смело, но на самом же деле мне потребовалось три трусливых вздоха, чтобы начать:
— Ты мне нравишься. Меня непреодолимо тянет к тебе. Я думаю о тебе практически постоянно, мне невыносимо не видеть тебя долгое время, и то, что произошло в комнате, — на этих словах Антон сжался, и я постарался закончить фразу как можно скорее: — не было грязным или отвратительным для меня. Можно даже сказать, что я был счастлив… Я дам тебе время успокоиться. Через три дня ты придешь ко мне домой: с двух часов дня до четырех часов вечера входная дверь не будет заперта. Ты войдешь в квартиру, закроешь за собой дверь на замок, пройдешь в мой «рабочий кабинет», сядешь на диван и будешь читать. Что угодно. Могу заранее оставить книгу на подлокотнике. А я наконец смогу дописать новеллу. До встречи.
Я покинул ванную без опасений за судьбу Антона. Он никак не отреагировал на мои слова, но я знал, что он меня услышал.
Через три дня Антон сидел у меня на диване, пряча глаза за страницами детективной историей Чейза.
Комментарий к Глава 7 Дальше будет горячее и изощреннее, обещаю.
====== Глава 8 ======
Я пытался начать писать новую главу, но все больше отвлекался на мальчишку, лежащего у меня на диване. Книга мягко выпала из его расслабленных пальцев и с громким шуршанием закрылась, коснувшись пола. Краем глаза все это время я замечал, как он клевал носом — и вот он буквально отключился, читая.
Когда он пришел, у меня не было возможности присмотреться к нему, но сейчас, в сочащихся сквозь мутное оконное стекло сумерках, я мог разглядеть глубокие тени под его глазами. Он выглядел моим ровесником, что в отношении подростка не есть комплимент. Однако видеть взрослую версию него было пикантно…
Очевидно, он плохо спал этой ночью, или даже несколько последних ночей. Оно и понятно: я бы тоже мучился от бессонницы перед встречей с человеком, которому без веских на то причин кончил в рот…
Я трижды усмехнулся его смелости. Знай он, о чем я сейчас думаю, ударил бы, как и достаточно раз до того.
За полупрозрачным мятым тюлем зажигались фонари, а этот бессовестный ребенок все продолжал спать. Почему-то это по нарастающей меня злило. Я пригласил его к себе без задней мысли, но сейчас, вспоминая события трехдневной давности, ощущал жгучую потребность отыграться.
Я не заметил тот момент, когда поднялся из-за стола и подошел к дивану, будто незаметно перенесся к нему в чрезвычайно коротком прыжке сквозь пространство. Глаз было не отвести от его слегка сомкнутых губ. Но, несмотря на сильнейшее желание его хотя бы поцеловать, меня все же отвлекла от Антона измятая бумажка, торчащая из нагрудного кармана его школьного пиджака. Она выглядела крайне замусоленной, с краев была порвана — так сильно, что получилась бахрома. Двумя пальцами я подцепил бумагу за уголок и выудил из чужого кармана практически без единого шороха. Конечно, я не имел на это право — вот так бесцеремонно вторгаться в его личную жизнь… но меня душило любопытство: что же такого может скрывать этот мальчишка?
Я не постеснялся развернуть бумагу прямо здесь, не отходя от спящего Антона ни на шаг. Так даже честнее будет! — если он проснется и поймает меня с поличным.
В моих руках был листок, вырванный из большого блокнота, весь исписанный от руки мелким аккуратным почерком. Я не знал, Антона это почерк или нет, но прочитанное мне, мягко сказать, не понравилось…