Пять жизней на двоих, с надеждой на продолжение

А вот чуть позднее, где-то в 6–7 лет, после поездки в Москву, так же, как и Джерри, начал грезить зоопарком.

В Ярославле его не было вообще. Но однажды родители на свою голову сводили меня в Московский. И все, я пропал и потерял покой. Папа тогда учился в столичной аспирантуре, и мама, когда ездила его навещать, как-то попробовала и меня взять с собой. Из Ярославля поезд уходил утром и возвращался вечером, в нашем распоряжении в Москве было больше шести часов. А если еще и иметь знакомую проводницу – получается экскурсия в столицу почти даром.

Потом мама рассказывала, что после первого визита в Зоо меня было совершенно бесполезно спрашивать, куда бы нам днем сходить в следующую поездку. Запрос был всегда один. Я не вопил и не скандалил, но слезно и нудно просил: «Ну только доведите меня до входа в зоопарк и там оставьте, а потом, перед поездом, заберете в условленном месте. И я никому не буду мешать, и всем будет хорошо.» Но, конечно, такого варианта никто даже рассматривать не хотел.

Только еще один раз меня пожалели и все-таки туда сводили, я четыре часа пребывания выторговал! И, на удивление родителей, застрял в отделе земноводных. И очень расстраивался, ну почему у входа в Зоо в киоске нельзя купить изображения его обитателей? Потом бы перебирали с бабушкой эти картинки, и было бы и мне что вспомнить, и нам о ком поговорить.

И чтобы больше не слышать моего нытья, мама меня оставляла дома. Я тоже был в основном маменькиным сынком и мамочку любил. Но бабушку Лиду, наверное, любил тогда больше. И, обиженный на родителей, обещал ей, что, когда выросту, обязательно ее заберу к себе и мы будем жить только вдвоем в маленьком бревенчатом домике в дремучем лесу. С теплой печкой, как у нас в комнате, но обязательно оборудованной лежанкой. Рядом огород, пасека. Сад с малинником и яблонями. Я стану работать лесником, следить за плотинами бобров. А охраной нашего домашнего хозяйства займутся ручная рысь и собака лайка (отголоски прочитанных мне книг). Кота тогда в мечтах еще не было, от мышей и змей должны были нас спасать ежи и семейство ласок.

Сплошные детские, но специфические фантазии – не хотел быть ни пожарником, ни милиционером, ни военным, а мечтал жить так, чтобы общение с животными, с природой продолжалось ежедневно. Но вот – совсем не сложилось.

В отличие от Джерри, у которого на Корфу свой природный рай оказался прямо за дверью дома, а еще там же поджидали наставник-энциклопедист и неплохая библиотека брата Ларри (жившего по соседству), у меня не было ни того, ни другого, ни третьего. И только после переезда, начиная с четвертого класса, я дорвался и до соседнего прудика, и до библиотеки. И началось мое самостоятельное погружение в подводный мир и жизнь его обитателей. А параллельно изучение существующих в читальном зале пособий, предназначенных юным натуралистам, и проглатывание всевозможных путешествий, как географических, так и натуралистических. И книг с историями про животных.