Два в одном

— А что теперь делать? Как мы его найдем?

— Я не знаю. Локатор остался на корабле, а без него я не смогу его найти. — Голос Глюка дрожал, как у человека, готового расплакаться.

— И камеры моей не видать. Кстати, на ней же была запись! Глюк, нас будут искать! Если эти парни умудрились утащить твою «тарелку», они могут прийти и за мной. — Афанасий забегал кругами, забыв об усталости. — Что мне делать? Я законопослушный гражданин, я не хочу проблем!

— Не истери, пожалуйста. Когда ты впадаешь в панику, мне кажется, что я снова падаю в черную дыру. Поверь, Афанасий, я бывал в переделках и похуже этой. И знаешь, что меня всегда спасало?

— Что?

— Субстрат.

— Ты умеешь обнадежить. От твоего решения прямо таки веет вселенской мудростью.

— А что я поделаю, у меня ни рук, ни ног. Забыл? Одна надежда на тебя, субстрат.

— Не называй меня субстратом больше, иначе я выпью фунгицид. — Афанасий нервно заходил по поляне.

— Хорошо, симбионт.

— У меня имя есть — Афанасий. Будь любезен, используй его при обращении.

— Просто у нас нет имен, мы узнаем друг друга только по запаху спор.

— Фу, вот давай без этих интимных подробностей. Зови меня Афанасий, споры мои нюхать не обязательно.

— Понял, Афанасий. — Примирительным тоном произнес Глюк.

— А знаешь, как говорят у нас в такой ситуации? — Спросил Афанасий пришельца.

— Изреки очередную человеческую глупость.

— У нас говорят — одна голова хорошо, а две лучше.

Глюк не ответил сразу, переваривая чужую мудрость.

— Ты хочешь сказать, что ничего не придумаешь, пока не отрастишь вторую голову? — Наконец изрек он результаты размышлений.

— Вот уж настоящая инопланетная тупость. Я предлагаю объединить наши мозги, или чем ты там думаешь, чтобы найти правильное решение.

— Вот видишь, субстрат опять не подвел… прости, я хотел сказать, ты, Афанасий, принял гениальное решение. А как это сделать?

— Это твоя забота. Это ты эволюционировал, приспосабливаясь ко всему, что движется. У вас имеются инопланетные технологии и прочее, так что давай, делись мудростью.

— Моя мыслительная способность ограничена развитием мозга суб…, в данном случае твоим, Афанасий. Должен признать, что ты не самый умный субстрат, уж прости. Но есть одна идея, я смогу разогнать твой мозг, который сейчас трудится не на всю мощь. Усилятся не только логические вычисления, но и работа органов чувств. Ты готов?

— А чем мне это грозит? Я стану тупее, чем был, после такого турбо режима? — Испугался Афанасий.

— Нет, никаких побочных эффектов не будет. Клянусь святой вселенской туманностью.

— Ну, вообще-то я всегда мечтал о таком.

— Тогда держись, Сверхафанасий.

Несколько минут Афанасий ничего не чувствовал, кроме легкого покалывания в затылке. Затем он неожиданно вспомнил свой первый день рождения и лицо врача, принявшего его. Второй день рождения и разговоры родителей о том, какой он у них бестолковый. Любой день и час, который Афанасий хотел вспомнить, вставал перед взором в полной подробности, будто событие случилось несколько минут назад. Затем он подумал сразу о нескольких моментах из прошлого, и они всплыли из памяти одновременно, слившись в один сплошной шум.