Железная цепь [litres][Chain of Iron]

Малкольм Фейд, мужчина с фиолетовыми глазами, Верховный Маг Лондона, руководил группой фэйри, исполнявших какой-то сложный танец. Танцующие феи взметали тучи снега, однако при ближайшем рассмотрении оказалось, что крошечные снежинки искусно вырезаны из белой бумаги. Разумеется, танцевали не все гости; некоторые собрались вокруг небольших круглых столиков, держа в руках медные кружки с глинтвейном. Неподалеку от входа на кушетке сидели оборотень и фэйри и с жаром спорили по поводу ирландского движения за гомруль[5]. Корделию всегда поражало здешнее пестрое общество. Очевидно, вампиры и оборотни, а также различные дворы фэйри, враждовавшие за стенами салона, забывали о разногласиях ради возможности насладиться искусством и поэзией. Она понимала, почему Мэтью так нравилось в Адском Алькове.

– Так-так, моя любимая девушка – Сумеречный охотник, – раздался совсем рядом знакомый протяжный голос. Обернувшись, Корделия узнала Клода Келлингтона, молодого вервольфа-музыканта, ответственного за развлечения в салоне. Он сидел за столом в компании женщины-фэйри с длинными сине-зелеными волосами, которая с любопытством разглядывала Корделию. – Я вижу, вы привели с собой Фэйрчайлда, – продолжал Келлингтон. – Прошу вас, уговорите его сегодня быть более забавным и поучаствовать в увеселениях. Он никогда не танцует.

– Клод, я играю ключевую роль в твоих увеселениях, – возразил Мэтью. – Роль восторженной аудитории. В этом смысле я просто незаменим.

– Ну что ж, тогда приводи еще артистов, таких, как она, – сказал Келлингтон, кивая на Корделию. – Если тебе удастся найти хоть кого-то ее уровня.

Корделия невольно вспомнила представление, которое произвело такое сильное впечатление на Келлингтона. Однажды вечером она исполнила на сцене Адского Алькова весьма скандальный танец и до сих пор не могла понять, как у нее хватило на это смелости. Но она постаралась не покраснеть и принять вид умудренной опытом девицы, готовой в любую минуту изобразить Саломею.

Она огляделась по сторонам в поисках новой темы для разговора, и на глаза ей попались украшенные деревья.

– Значит, в Адском Алькове тоже празднуют Рождество?

– Не совсем.

Корделия обернулась и увидела, что за спиной у нее стоит Гипатия Векс, хозяйка салона. Несмотря на то что дом принадлежал Малкольму Фейду, гостей приглашала Гипатия; у тех, кто ей не нравился, не было ни малейшего шанса переступить порог Адского Алькова. Она была облачена в сверкающее алое платье, и ее темные волосы украшал позолоченный цветок пиона.

– Здесь не празднуют Рождество, хотя, разумеется, у себя дома наши гости свободны отмечать, что им вздумается. В декабре наступает время так называемого Праздника Ламии, и посетители Алькова выражают почтение своей покровительнице.