Русско-литовское пограничье. Гомельская земля в конце XV — первой половине XVI в.

При определении московско-литовской границы и пределов Гомельской земли можно пойти двумя путями (ориентируясь по времени). Эти два пути (метода) обозначают способ получения результатов — двигаясь от прошлого к будущему и от настоящего к прошлому.

Прежде всего, границы территориальных формирований рассматриваемого времени естественным образом реконструируются с помощью сведений, предшествовавших концу XV в. При этом учитываются изменения, связанные с присоединением новых территорий, появлением новых владений и т. д.

Вторым путем нужно идти, опираясь на сведения источников конца XVI–XVIII в. Здесь можно использовать информацию, почерпнутую из договорных грамот, писцовых книг, посольских речей, реестров границ и других источников. Границы, определенные благодаря первому пути исследования, будут значительно уточнены данными второго пути (методы ретроспекции и ретрогрессии), однако при этом нужно учитывать демографический и колонизационный факторы.

С течением времени увеличивалось количество населения, осваивались новые, пустовавшие до той поры земли, расширялись территории волостей, появлялись новые территориальные единицы. С другой стороны, бывает, что сохранившиеся источники фиксировали состояние территорий после пережитых трудных для населения времен. Поэтому нередки случаи сокращения освоенных земель, появления пустошей на месте деревень и сел. Так, акты XVII в. не могут дать сведений о пределах многих земель, запустевших после Смутного времени начала столетия[93]. Ю.В. Готье затруднялся определить для XVII в. местонахождение таких можайских станов, как Ворский, Старковский, Ренинский, Тарусицкий, Тешинов и Загорье, Зубатый и др., так как в них почти не фиксируются населенные пункты. Территории волостей оставались, но выявить их затруднительно, поэтому часть станов историк отмечает не на своих местах, известных по актам более раннего времени[94]. Гомельские земли в связи со своим пограничным положением переживали тяжелые времена на протяжении всего XVI в., а в середине XVII в. они стали полигоном казацко-крестьянской и очередной московско-литовской войны.

Отметим необходимость комбинирования еще двух путей (методов) изучения московско-литовской границы и пределов Гомельской земли (двигаясь в пространстве). Локализуемые у рубежей пункты Великого княжества Литовского или, конкретно, Гомельской земли выявляют их пределы как бы изнутри. Определяемые пограничные области соседних с ВКЛ и Гомелем поветов, уездов, волостей и т. д. (Любечский повет ВКЛ, Стародубский уезд России, Чечерская, Стрешинская и другие волости) извне подтверждают и уточняют уже намеченные границы.