Электронная книга - «О верности говорят вполголоса (СИ)». Краткое содержание книги:
В целом, для Овец, детей под защитой Чуи, Сурибачи был почти не страшен. Опасностей в городе-котловане хватало всегда, но если не нарваться самим, то связываться с ними рисковали либо новички, не получившие разгон от Накахары и нож под ребро от Ширасе, либо такие же подростковые банды, которым было, что делить с Овцами. Бизнесу настоящих якудза Овцы до поры до времени не мешали и их пока не трогали. Соблюдая разумную предосторожность и не портя отношения с соседями, в Сурибачи можно было жить. Так что для Мари, возвращавшейся домой (в штаб Овец) под вечер, стала неприятным сюрпризом волна боли, унижения и страха, накрывшая с головой гораздо раньше, чем она осознала, что означал хлюпающий звук за поворотом в грязный проулок на границе Сурибачи и обычного неблагополучного района города. Потом она различила плачущие стоны и весёлые голоса каких-то парней и, зажимая рот ладонью, чтобы случайно не выдать себя, по стеночке сдвинулась в тень. Страх не отпускал, как и чужая боль. Мари сжалась в комок, мечтая стать ещё более маленькой, чем есть, и желательно невидимой. Сейчас она прекрасно понимала слова Чуи, что от способности может быть больше сложностей, чем пользы.
– Пожалуйста, – услышала она слова, произнесенные заплетающимся языком, – у меня больше ничего нет!
– Жалкая сотня йен и старый кнопочный телефон? Этого мало, – нахально ответил кто-то, от кого так и пёрло глумливой самоуверенностью. – Пните его посильнее. Нет пользы, так хоть развлечёмся.
«Чуя бы не одобрил такое…» – мелькнула мысль в голове Мари и отрезвила. – «Надо убираться отсюда, а то у таких мудаков может возникнуть интерес и к маленькой девочке. Прости меня, незнакомец, но я сейчас не в том положении, чтобы спасать кого-то, кроме себя».
Взяв себя в руки, Мари юркой тенью скользнула мимо проёма в подворотни и поспешила к Сурибачи, всё ещё задыхаясь и прихрамывая от фантомной боли. А ещё она запоздало вспомнила, что уже испытала такой беспричинный страх и боль, когда на Овец напали.
«Так вот как Чуя догадался?»
Девочка постаралась пробраться в свою комнату никем не замеченной. Почти успешно даже.
– Эй, Мари, – ткнул её под рёбра Йоро, когда та уже лежала, завернувшись в одеяло с головой, чтобы хотя бы так попытаться отгородиться от чужих эмоций, – с тобой всё в норме?
– Всё в порядке, – пробормотала она. – Видела кое-что мерзкое в городе, хочу обдумать.
– А… – Йоро почесал в затылке, хоть Мари этого и не видела. – Слушай, если ты… ну… захочешь с кем-то обсудить, то можешь со мной. Объясню не хуже девчонок!
Мари закусила губу. Она была уверена, что Йоро чувствует неловкость.
«Он не понял! Подумал, что я о другом!»
Мысль, что пацан младше неё хочет объяснить ей о том, что бывает между мужчинами и женщинами, была забавной и слегка помогала отвлечься. Но само предложение не стало менее сомнительным.
– Нет, спасибо.
– Ну, как хочешь, – с явным облегчением выдохнул тот и отстал. Приятно иметь дело с понимающими людьми.
Итогом размышлений стал вывод, что Чуя дал дельный совет. Стоило избавиться от бардака в голове, чтобы не поддаться чужому воздействию. Биться в истерике вместе со всеми просто за компанию или заражаться страхом, даже разделить с Овцами их безбашенную самоуверенность, что с ними ничего плохого не случится, – всё это Мари не желала испытывать. Это засоряло мозг и делало её импульсивной, а ведь именно своими мозгами и терпением она заслуженно гордилась в прошлой жизни. Да, не гений, которых в этом мире, кажется, пруд пруди, но человек разумный и способный методично добиваться своего.
Нельзя было сказать, что у неё прямо так сразу стало получаться. Мари пыталась медитировать, как учило множество прочитанных фанфиков, но сложно это сделать, живя с толпой подростков. Найти укромное и безопасное при этом место оказалось практически невозможно. Но привычка считать до пяти каждый раз, перед тем как сделать что-то импульсивное слегка помогала. Помог неожиданным советом и Чуя:
– Научись строить мысленные стены, – мимоходом оборонил он, узнав о тренировках девочки. – Можешь с драконами. Как в твоих сказках для младших: с принцессой и кучей рыцарей, атакующих замок.
– Откуда Чуя столько знает? – вслух удивилась Мари. Было действительно странно, что парень, всегда живший на улице, никогда не ходивший в школу и не помнящий своего прошлого, в курсе таких вещей. В знаниях Накахары не было системы, но, казалось, всё, что нужно для выживания, он знал. По сравнению с ним и Юан, и Ширасе, и даже Йоро, просаживающий свои деньги в интернет-кафе в попытках узнать больше о современной технике, казались более ограниченными.
Чуя хмыкнул:
– Я же не спрашиваю, откуда столько всего знает и умеет девочка из приюта, потерявшая память полтора года назад.
– Похоже, мы квиты, – пробормотала Мари и убедилась, что у Чуи тоже есть какая-то тайна. Что-то, о чём Овцы не знали. Даже странно, неужели он им не доверял? А ведь казалось, что уж у него-то всегда было сердце нараспашку.
А потом случилось страшное: боевики Портовой мафии напали на них по приказу своего босса, спятившего старика, который хотел получить как можно больше новых бойцов или уничтожить потенциальную угрозу.
Это было ужасно. Якудза в костюмах просто открывшие стрельбу в штабе, пока все старшие пытались отбить нападение на подступах, не зная, что враги пробрались в обход. Парней хватали и тащили в машины, сопротивлявшихся убивали. Сжавшаяся в комок, Мари дрожала, прячась вместе с одной из девчонок за кучей тряпок, которые на них набросал Йоро, прежде чем рискнул прорваться к Чуе и прочим. И теперь всё зависело от него, потому что короткий бой наглядно показал, что кучка детей ничего не стоит против настоящих якудза.
Эхо боли, паники и ужаса дезориентировало, и Мари зажимала себе рот, чтобы случайно не выдать их ненадёжное убежище. Мысленные замки рушились, осыпались по камням, сводя с ума, будто творившегося ужаса было недостаточно, чтобы навсегда лишить разума. А потом, казалось, мир вспыхнул красным, и в мешанину боли влилась ослепительная ярость и желание уничтожить, стереть в порошок.
– Чу-я, – выдохнула Мари, цепенея от этой нечеловеческой ярости.
Рядом встрепенулась её соседка:
– Чуя? Это… он?
Их дом тряхнуло. Что-то пролетело мимо со звуком набирающей скорость боеголовки. Грохнуло, и на их убежище посыпались камни.
В памяти мелькнули воспоминания о чёрных дырах и кратерах, от них остающихся. Легко было представить такое на месте их штаба. Ведь в одном таком кратере и находился Сурибачи. А ещё…
Мари подскочила, старательно откапываясь из завала и не обращая внимания на крики:
– Что ты делаешь? Ещё может быть опасно!
– Хочешь оказаться под завалом – дело твоё, – отрезала Мари скорее на автомате, чем осознанно. Потому что в памяти держалась совсем другая мысль: если Чуя утратит контроль настолько, что выпустит Порчу, то сам остановить её не сможет. А Дазая поблизости нет, нечего и рассчитывать.
Найти источник столь сильных эмоций труда не составило: Чуя был весь в сражении, он убивал якудза, искривлял, казалось, саму реальность.
– Я и не думал, что Чуя настолько силён, – поражённо пробормотал Ширасе, и Мари мимоходом удивилась тому, что вдруг оказалась рядом и смогла расслышать эти слова.
– Чуя не в себе! – попыталась указать она, смутно надеясь на содействие, потому что соваться в этот ураган в наивной вере, что сможет добраться до центра, было самоубийственно глупо.
– И я его прекрасно понимаю! – отрезал негласный лидер Овец. – Ублюдки заслужили.
«Здесь я помощи не дождусь».
Мари глубоко вдохнула, набираясь моральных сил, и нырнула в поле хаоса и аномальной гравитации.