![Сабля князя Пожарского [СИ] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/4/2/1/3/3/sablya-knyazya-pozharskogo-si-download.jpg)
Сабля князя Пожарского [СИ]
- Автор: Трускиновская Далия Мейеровна
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Исторические приключения
Электронная книга - «Сабля князя Пожарского [СИ]». Краткое содержание книги:
Прошло двенадцать лет. Царь поставил князя руководить Разбойным приказом. Это значило — уничтожить шайки налетчиков, которые грабили идущие к Москве обозы. Кто эти налетчики? Литвины, пришедшие в Россию во время Смуты, и казаки, служившие Лжедмитрию, которым нужно, чтобы в государстве были разброд и шатание.
Пожарский знает, что в Разбойном приказе есть предатели, снабжающие разбойничьих атаманов сведениями. Значит, для борьбы с ватагами налетчиков нужны люди, не связанные с приказом. Его верный друг Чекмай таких людей находит. Это давний боевой товарищ Мамлей Ластуха, выгнанный из стрелецкого полка Павлик Бусурман и бывший подьячий Земского приказа Ермачко Смирной.
Но атаманы налетчиков хотят показать князю, что справиться с ними невозможно. И вот из княжьих хором загадочным образом исчезает драгоценная сабля…
О том, как Чекмай помогал разоблачить интригу английских купцов в 1612 году, читайте в романе «Вологодские заговорщики». Многие персонажи этого романа появятся на страницах «Сабли князя Пожарского». Будет все — верность и измена, ошибки и загадки, любовь и месть.
— Так ведь не увидел…
— Он все про тебя знал. И ты ему весточки передавал, и я — при случае. Думаю, он за тебя радовался.
— Он всегда хотел, чтобы я в приказе служил, а не князю. Хотел — в Земский меня определить, где сам чуть не сорок лет прослужил.
— Поменее. Ну, приказ у нас с тобой будет… когда с одним дельцем справимся…
Чекмай рассказал Гавриле новость.
— Доедай пироги, — велел он воспитаннику. — Ночевать оставайся тут. Я велю мыльню истопить, дров не жалея. Столько всяких обрезков и обрубков — на полгода все печи топить станет.
— Мыльня с дороги — это славно!
Чекмай вышел на крыльцо, окликнул пробегавшего Климку, велел позвать к себе старого истопника Федота, по прозванию Корноух — в Смуту ему пол-уха польская сабля снесла. Потом он потолковал с Гаврилой про положение дел в Вологде, принял у него письма от вологодских знакомцев и снова вышел на крыльцо — спросить дворовых, не вернулся ли князь из приказа. Оказалось — нет, не вернулся.
Разговор с ним состоялся уже на следующее утро.
Каждый раз, приходя к князю, Чекмай беззвучно молился Богу: хоть бы был в духе. С Дмитрием Михайловичем случалось — накатывала на него угрюмая мрачность, а отчего — поди догадайся. То ли старые раны ноют, то ли голова разболелась — а она тоже в Смуту получила изрядную рану, то ли снова привязалась хворь, которую лекари именуют «черным недугом»: вроде бы тело не страждет, а душа погружается в какие-то беспросветные пучины. Такое за князем водилось издавна.
Однако на сей раз он был довольно бодр и даже весел — насколько вообще был способен к веселью.
— Вот с чего следует начать, — сказал Дмитрий Михайлович. — С литвинов. Литвины пришли на Москву с ляхами, было их тут немало, а когда мы Москву очистили, не все из них в свое княжество литовское убрались. Я про то как-то еще в Смуту с патриархом беседовал. И он прямо говорил — ляхов было мало, те полтысячи, которых в Москве перебили, когда порешили Расстригу, приехали его свадьбу праздновать. А против нас воевали казаки, с толку сбитые, да литвины.
— Одного такого я, помнится, сам для тебя изловил. Он служил в войске Сапеги. Помнишь, когда мы на две недели уходили языков надежных брать? Его так и звали — Пронко Литвин. Потом мы его в обозе, кажись, за собой возили.
— Помню! А многие после всей суматохи остались тут и, статочно, объединились с бунташными казаками — с теми, что на государя двенадцать лет назад охотились. Сейчас те казаки, что уцелели, сбились в шайки, как-то договорились с нашими налетчиками. Я смотрел кое-какие сказки, какие отобраны у свидетелей и у пойманных злодеев. И, сдается, эти сукины дети просто-напросто поделили меж собой московские окрестности. Я взял домой немногие столбцы Разбойного приказа со сказками, остальные доставят, мне обещали еще принести столбцы из Земского приказа, и мы с тобой сегодня будем их читать и сверять.
— Как прикажешь, — буркнул Чекмай.
Сверка приказных столбцов — дело муторное, утомительное, требующее хорошей памяти. Имен и прозвищ там скопилось — со времени царя Ивана…
— Вот так и прикажу. Будем искать литвинские имена. Одно я уже знаю — Янушко, что родом из Пропойска. Да не смейся — доподлинно есть такой город. Понимаешь, литвину легче говорить по-нашему, чем ляху, ежели наловчится — его от здешнего посадского человека не отличишь. К тому же, литвин, скорее всего, православный, крестится по-нашему. А он же, подлец, тут постарается укорениться, может, женится на вдове, вдов тогда осталось много. Ты видел письма самозванца? — спросил князь.
— Видел.
— Помнишь, что там было? Что он-де пришел к Москве с литовскими людьми. Мы тогда не поняли — для нас что лях, что литвин, все едино было. Враг! А вот теперь оно и вылезло на свет Божий.
— Что ж они домой не ушли? — спросил Чекмай.
— А кто их знает… Иной, может, не мог — раны залечивал… Иной — пошел воевать, потому что дома у него уж земля под ногами горела… Мало ли сомнительного народа прибежало к нам в Ополчение? Там могли надежно спрятаться…
— А иной — чересчур хорошо поладил с казаками…
В дверь поскребся Ивашка, парнишка лет двенадцати, служивший на побегушках и постоянно ожидавший в сенях приказаний.
— Заходи! — велел князь. — Что там?
— К твоей милости человек с коробом! Сказался из Земского приказа.
Когда гость вошел, Чекмай рассмеялся:
— Да это не человек с коробом, а короб с человеком!
— От судьи Урусова тебе, княже, столбцы, — и гость, спустив с плеч на пол лубяное вместилище невероятной величины, поклонился в пояс. — Все туда, понятно, не влезли, я потом еще принесу.