Жажда тебя

- Захар, я не хочу, чтобы ты убивал, - бросает с горечью. – Вообще. Не важно кого. А Карим никогда не был моим парнем. Думаю, ты и сам это понял.

- Понял, - киваю. – Поэтому отправил его подышать свежим воздухом. Жив твой дружок. Не дергайся. Лучше расскажи про ваши походы в кино.

- Это не то, о чем нам стоит сейчас говорить.

- Ты права, - рык вырывается из груди, ребра ломит. – Какого дьявола здесь творится, Соня?

- Я не могу объяснить.

- Почему?

- Нам нельзя быть вместе.

- Кто тебе угрожает? – вглядываюсь в ее лицо. – Тебя шантажируют семьей? Выкладывай. В чем проблема? Я все решу. Разрулю любой вопрос.

Она отворачивается. Губы дрожат. Мелко-мелко. Девчонка вся сжимается, напрягается подо мной. Сдавленно всхлипывает, душит истерику.

- Нам нельзя, - повторяет как заведенная. – Нельзя!

Я отталкиваюсь от песка, освобождаю Соню из капкана своего тела и присаживаюсь рядом. Ливень хлещет по щекам, но я ни черта не чувствую. Немею. Кровь в жилах леденеет. Остается только холод.

- Ты хочешь, чтобы я ушел? – спрашиваю.

Она может и не услышать. Раскаты грома оглушают. Молнии рассекают свинцовое небо. Еще не вечер, но вокруг чернота. Наступает самая темная ночь.

Соня приподнимается, поджимает колени под себя. Ее рот приоткрывается, но я не различаю ни единого звука. Или не желаю различать?

Я не готов принять ее «нет». Не готов развернуться и уйти. Однажды я отдал ее смерти, больше ошибку не повторю.

- Я не уйду, - выдаю твердо.

Обнимаю девчонку, заключаю в объятия.

Ей в тепло надо, подальше от буйствующего дождя. Согреть, переодеть в сухую одежду. Она вся продрогла, может заболеть, простудиться.

Моя маленькая. Нежная. Хрупкая.

- Соня, - трусь щекой о ее щеку. – Позволь мне тебя защитить.

Девчонка содрогается. Застывает на миг, а потом как задрожит, завибрирует. Ударяется в слезы. Рыдает дико. Надрывно, с такой болью и горечью, что мои внутренности узлами закручиваются.

Я целую ее. Прижимаюсь губами к ресницам, прохожусь ртом по скулам, опускаюсь ниже. Повторяю черту за чертой, как будто обрисовываю. Не нахожу другого способа успокоить мою девочку. Действую, повинуясь инстинкту. Оградить от всего. Укрыть собой.

Она всхлипывает, подается вперед и обнимает меня, впивается пальцами в мои плечи, вонзает ногти. Пробуждает животный голод. Потом вдруг пробует меня оттолкнуть, но замирает и притягивает обратно.

- Захар, - шепчет Соня.

- Что?

- Я… задыхаюсь.

- А я без тебя не дышал.

Ветер рычит точно дикий зверь. Океан неистовствует. Поднимаются огромные волны, раздирают берег. Вспышки молний слепят. Грохочет гром.

- Моя малышка, - выдыхаю в ее трепещущие губы.

Слезы смешиваются с дождем.

- Захар, - роняет она, и я понимаю, что готов мир верх дном перевернуть, только бы снова услышать от нее свое имя.

- Зачем ты рассматривала кольцо? – спрашиваю.

- Хотела понять свои чувства.

- Ну и как?

- Еще больше запуталась.

Ее глаза блестят похлеще всех на свете бриллиантов.

Я поднимаюсь и подхватываю девчонку на руки, двигаюсь куда-то в сторону, едва ли разбираю дорогу. Просто хочу найти другое место, пытаюсь добраться туда, где тот гребаный дождь меньше хлещет.