Житие и чудеса святителя Кутберта, епископа Линдисфарнского

Достопочтенный слуга Господа Кутберт много лет провел в обители Мелроуз и прославился духовными подвигами, но потом преподобнейший игумен Эта перевел его в монастырь на святой остров Линдисфарн, чтобы он и там, став помощником настоятеля, также учил братиев соблюдать монашеское правило, подтверждая уроки своим примером. Игумен Эта управлял обоими монастырями. И пусть никто не удивляется тому, что, несмотря на малые размеры, остров Линдисфарн имеет своего епископа, как уже упоминалось, и при этом служит домом игумену и монашеской общине. Все так и есть. На Линдисфарне и епископская кафедра, и монастырь; и все живущие здесь клирики — монахи.

Развалины Линдисфарнской обители

Айдан, первый епископ этой области, был монахом; он установил здесь монашеские правила и со своими учениками следовал им. С тех пор и по сей день каждый епископ Линдисфарна живет так же. Игумен, избираемый епископом и советом братии, управляет монастырем, а сам епископ, духовенство и церковнослужители — священники, диаконы, певчие, чтецы и другие — живут вместе по всем монашеским правилам.

Блаженной памяти папа Григорий[24] был большим приверженцем такого образа жизни. Епископ Августин[25], которого папа Григорий отправил первым миссионером в Британию, спрашивал у него, какую жизнь здесь должно вести духовенство. Папа в своем письме отвечал: «Ты, брат, был воспитан в монашеском правиле и не должен сторониться своих клириков и жить отдельно от них. В Церкви англов, обращенных Промыслом Господа к вере, тебе следует ввести правила святых отцов, установленные в древней Церкви. Никто из них ничем не владел отдельно, но все у них было общим».

Кутберт, придя в обитель Линдисфарна, стал обучать братию монашеским правилам, объясняя учение Церкви и подтверждая уроки своим примером. И как и прежде, он часто наведывался в соседние селения, чтобы побуждать живших там искать прежде всего небесной награды. Слава о его чудесах все росла; а сила его молитвы была такова, что страждущие телом получали исцеления, а те, кого мучили нечистые духи, освобождались от них. <…>

Некоторые из братиев обители предпочитали старые обычаи новому правилу. Кутберт своим терпением, постоянством и ежедневным примером приводил их к принятию нового порядка. Когда же, убеждая их, он уставал от горьких упреков несогласных с ним, он вставал и спокойно уходил, тем самым прекращая споры, а на следующий день давал братиям те же наставления, как будто накануне не происходило ничего неприятного. Так он постепенно добился их послушания. Его терпение было исключительным, а твердость телесная и душевная, с которой он встречал противодействие, чрезвычайной. И хотя упрямство монахов печалило Кутберта, он никогда не показывал этого. Всем было ясно, что эти внешние волнения усмиряются благодатью, ниспосланной его душе.