Липовый барон [litres]

Едва только рассвело, и раздались протяжные восемь ударов била по округе, как мы с дегенератом покинули заповедник живности. Даже жрать не стали, решили, что всё равно надо искать трактир получше, а сделать это проще во время дегустации еды и пива.

Кстати, о восьми ударах била. Есть тут интересная традиция в крупных городах: обозначать начало и конец светового дня ударами по двухметровой медной тарелке, висящей на специальном столбе где-нибудь на возвышении. Ну нет в этом мире колоколов, или, по крайней мере, мне не попадались, вот люди и выкручиваются как могут. Зачем бьют по билу, мне непонятно, но что характерно, это относится только к бедным районам, в богатых такой традиции нет.

Теперь предположу, из-за чего так делают. Узнать факты всё равно не у кого: Антеро такими мелочами не интересуется.

Восемь ударов, наверно, потому, что тут неделя состоит из стольких дней. Звонят по утрам и вечерам, вероятно, потому, что это обозначение своеобразного комендантского часа. Хотя, очевидно, он не относится к знати и уважаемым горожанам, а вот всякую шалупонь за прогулки в ночи могут хорошо вздрючить. Думаю, что по этой же причине в бедных кварталах ходят какие-то имбецилы и гремят в трещотки, мешая спать беднякам. По всему выходит, что этим звуком предупреждают, что нефиг на улицу вылезать.

Ну, мне как-то сложно представить, чтобы сторожа улиц звуками трещотки давали знак ворам, что там можно воровать, а пока я тут трещу – не стоит. Вот так считаю, а как на самом деле, кто его знает…