Владычица Эббона

Что на это отвечать, я даже не знаю. Он, наверное, прав. Но мне от это уж точно не легче. Мышление мразей мне действительно непонятно. А ведь учиться понимать, наверное, придётся, хочется мне того, или нет. Иначе, как с ними бороться.

– Ты помнишь попытку Азарии воздействовать на тебя? – меняет внезапно тему мой собеседник и, дождавшись моего хмурого «да», продолжает: – Она на допросах поначалу всё твердила, что действовала из ревности. Меня же настораживал тот факт, что всё это случилось слишком вовремя. Не имей наша связь некоторые никому неизвестные особенности, и не будь я готов к тому, что на нашу с тобой общую провокацию обязательно должна последовать ответная реакция, то это вполне могло бы сработать – ты осталась бы без моей помощи. Вторым настораживающим меня моментом было то, то что её поступок казался слишком глупым, даже для влюблённой женщины, – морщится жертва этой самой влюблённости.

Вот же, женоненавистник. А ещё от меня чего-то хочет. Точно шиш ему.

А вообще интересно он завернул. Уже и провокация была нашей общей, а не его личной. Хотя, если разобраться, я тогда понимала, что он нарочно действует королю и советникам на нервы, и подыграла сознательно, да. Так что, спорить тут бесполезно. Таки общая.

Мой бывший наставник тем временем продолжает свой рассказ. Сообщает, что Азария до недавнего времени твёрдо стояла на своём. А несколько дней назад она, оказывается, сама позвала Синна и рассказала уже совсем другое. 

Из её показаний получается, что на сильнейшую менталистку Академии и одну из сильнейших в Ковене, тоже было оказано воздействие, что уже само по себе уму не постижимо. И лишь спустя время, а точнее почти целый месяц, ей всё-таки удалось это воздействие на свой разум осознать, вычленить, побороть и осмыслить. 

А ещё, оказывается, справившись со своей бедой, рыжая магесса смогла помочь прийти в себя и Неису. Тот, после того, как заманил моего брата в ловушку, организованную в Форсэде, всё это время пребывал в весьма неадекватном и отстранённом состоянии. 

После Неиса эта деятельная и неожиданно полезная особа ещё раз обследовала Лонса, который после покушения на меня стал овощем, и сделала некоторые очень ценные предположения.  

– Не буду вдаваться в подробности, изложу суть её выводов, – сложив перед собой пальцы домиком, вещает Синн.

А я же, внимательно слушая, параллельно пытаюсь никак не реагировать на имя своей бывшей преподавательницы в его устах, ибо это крайне глупо с моей стороны. Ну правда, глупо. Но от одной мысли, что он с ней за этот месяц далеко не один раз общался, даже если при этом ещё и допрашивал, меня начинает разбирать настоящая злость. 

– Азария утверждает, что её подтолкнули к тем эмоциям, к которым она была и так склонна. Ревность, злость на тебя и меня, желание убрать конкурентку. И устранили внутренние сдерживающие факторы, диктуемые здравым смыслом, толкая на решительные действия, – озвучивает Синн интересное толкование её попытки поковыряться в моих мозгах. – В случае с Неисом ситуация почти такая же. Мальчишка погряз в зависти к принцу, к которому его приставили соглядатаем, к Морту, который несмотря на незаконнорождённость больше похож на отца и намного сильнее младшего брата. В результате его толкнули на предательство того, кого он почти ненавидел. А с учётом, что ментальные способности у него посредственные, урон здоровью налицо. С Лонсом всё уже по-другому. Я узнал, что незадолго до того случая его бросила любимая девушка, парень некоторое время был не в себе, но при этом всё равно не тем, кто будет пытаться кого-то подло убить. На него воздействовали очень грубо, по сути ломая психику. В результате имеем овощ.