Грязные Боги [ЛП]

— Ты играешь со своими волосами в классе. Распустив их из тугого хвостика, ты позволяешь им упасть тебе на спину.

Его пальцы переместились к резинке, удерживающей мои волосы, и я сглотнула, когда он потянул ее вниз, позволяя моим волосам рассыпаться. Дрожь пробежала по моей груди, соски затвердели. Я изо всех сил старалась удержать его воинственный взгляд. Он хотел уничтожить меня, он хотел, чтобы я пала, а пещероподобные дикари захватили империю.

— А потом ты проводишь по ним пальцами, — говорит он, откидывая мои темные волосы назад, его пальцы царапают мою голову, ощущение возбуждающее, и оно нарастает в нижней части живота. — Эти темные пряди. Так соблазнительны, так возбуждающи. Я представлял, какими шелковистыми будут твои волосы в моих руках.

Его рука обвилась вокруг моих волос и сжала их. Он наклонился вперед, и я повернула голову, но не раньше, чем поняла, что слишком поздно подставила шею врагу.

Его рот соприкоснулся с кожей моей шеи, и когда его губы прижались, я задохнулась, мой пульс забился как барабан под его ртом, и я знала, что он это чувствует.

Он застонал глубоко в горле и двинулся губами дальше вверх, пока они не коснулись мочки моего уха. А затем его рука, все еще покоившаяся в моих волосах, мягко отдергивала пряди назад. Предупреждая.

— Будешь ли ты бороться со мной до конца, если мы переспим? Даже когда я буду глубоко внутри твоей киски, обладая, овладевая тобой? Мой член набухший, погружающийся внутрь тебя? Будешь ли ты бороться со мной за то, что я заставил тебя кончить даже тогда?

Я прикусила губу, но стон вырвался из моего горла, и когда его зубы заскребли по мочке уха, дергая, покусывая, я схватила его за плечо и оттолкнула.

Я тяжело дышала, глядя на него, когда он ухмыльнулся, расправив плечи.

— Отвлеклась, милая?

Я хотела открыть свой разум и отрицать его слова, но он был быстрее меня.

— Не отрицай этого, милая, держу пари, твоя киска стала влажной для меня, пока мы ведём беседу, — в ответ на мое молчание ухмылка изогнула его губы вверх. — Так оно и есть, не так ли?

Я стиснула зубы, моя кожа стала ярко-розовой из-за него. Из-за его слов, его тела — просто из-за его существования.

— Хорошо, — прошептала я, глядя ему в глаза, надеясь, что он почувствует огонь, горящий внутри меня.

Его пальцы коснулись края моего подбородка и медленно, он провёл ими до линии моих волос. Я ощущала его повсюду и не могла унять дрожь, зарождающуюся в конечностях. Он сохранит мою тайну, и мы избавимся от того, что есть, между нами.

— До конца лета ты моя, — пробормотал он и опустил голову, но его губы задержались на моих. — Поклянись мне в этом, Джульетта.

Я тяжело сглотнула, мои губы коснулись его.

— Клянусь.

— Клянёшься в чем, Джульетта? Я хочу услышать, как ты это скажешь.

Мудак.

— Клянусь, я твоя до конца лета.

А потом, как дикарь, он завладел моим ртом в кровоточащем поцелуе.