Апостолы

— Как все сразу? Давайте по порядку. Для начала, как вас зовут?

— Мария Новицкая, — она полезла в свою сумочку, и оттуда в процессе доставания диктофона выпал маленький пакетик с изображением двух сердец, пронзенных одной стрелой, и угрожающей надписью: «Святейшая инквизиция предупреждает, что использование данного изделия является греховным и вредит спасению вашей души» и упаковка валидола.

Учитель строго посмотрел на «изделие», но промолчал, а хозяйка как ни в чем не бывало убрала его обратно в сумочку и продолжила:

— Итак, вы новый мессия?

— Почему новый? Просто мессия. Все старые концепции устарели, вам не кажется? Современному человеку слишком трудно поверить во всякую чепуху, например в то, что Земля существует семь тысяч лет или греховность поступков, от которых нет вреда другим. А это до сих пор пытаются утверждать многие служители церкви. Я принес новый завет, точнее новейший. Завет Духа. Больше не будет разобщенности религий и интеллектуального поста, к которому призывает католицизм. Новейший завет — это завет свободы. Любви и Свободы.

— Позвольте, я закурю? — спросила Мария и, не дожидаясь ответа, вставила тончайшую сигаретку в неимоверной длины полупрозрачный мундштук.

— Не душеспасительно это, — вздохнул равви. — В этом я согласен с католической церковью.

— Кстати, а что вы думаете о спасении души? — поинтересовалась журналистка и зажгла сигарету.

— Раньше спасения души и связанного с этим бессмертия могли достигнуть только истинно святые. Но теперь, в эпоху Третьего Завета, которая уже наступила, не надо подвергать себя аскезе, уходить в пустыню или запираться в монастыре. Теперь достаточно любить Господа своего и не творить ничего, противного моей воле. Всякий, верующий в меня, не увидит смерти вовек! Бессмертие для всех — вот моя…

Он побледнел, схватил нас за руки и бросился на пол. Послышался звон разбитого стекла. Я приподнял голову и увидел на окне круглую дырку от пули.

— Лежи! — прикрикнул на меня Учитель и был совершенно прав. Раздалось еще пара выстрелов. Одна пуля срикошетила и разбила стекло книжной полки.

Почти одновременно на столе зазвонил телефон. Но никто не посмел подняться.

Дверь комнаты распахнулась, и на пороге появился Матвей.

— Осторожно! — крикнул ему равви, и тот дернулся и прижался к дверному косяку. Но ничего не произошло. Только телефон не унимался.

— Выключи свет и задерни шторы, — уже спокойнее сказал Учитель.

Матвей выполнил приказание, и мы сели на полу, освещенные слабым светом из соседней комнаты. Тем временем телефон затих. Равви не успел взять трубку.

— Пусть Марк с ребятами выяснит, в чем дело. Пусть осмотрят соседние крыши, только осторожно! И выставят посты, — он вытер пот со лба.

Мария, которая лихорадочно копалась в своей сумочке, наконец, извлекла оттуда упаковку валидола и облегчением положила таблетку под язык. Учитель ласково посмотрел на журналистку.