Лед в твоем сердце

– На мою голову, – усмехаюсь.

– Ой, бедненький, несчастненький Тимур, – язвит моя ненормальная. Замечаю боковым зрением, что она корчит рожицу. Ну, дите, ей Богу.

– За такие муки мне полагается вознаграждение.

– Тогда мне в двойном размере полагается! – тянет тоненький пальчик вверх, уже откровенно разглядывая меня в профиль. Перестала, кажись, смущаться.

– Да без проблем, оставайся у меня до утра. Отработаю, – обгоняю белую волгу, которая едет медленнее черепахи. Там в окне мужик что-то активно втирает своей бабе, а она размахивает руками.

– Ага, мечтай.

– До последней пули, – напоминаю ей фразу Че Гевары, снижая скорость. Паркуюсь возле небольшой уличной кафешки. Мы частенько сюда заглядываем с Арсом.

– Куда мы приехали? – замечает вывеску и столики Маша.

– Поесть, я голодный.

– Здесь вкусно кормят?

– Пойдет, – глушу двигатель и выхожу на улицу. Уварова выскакивает следом. Семенит рядышком, осматривая заведение. Большие зонтики, мягкие диванчики и плетеные столы. А еще людей не особо много.

– Добрый день, – здоровается официантка, улыбаясь во все тридцать два. – Вас двое?

– Ага, – киваю ей. Проходим на свободное место и усаживаемся.

– Боишься? – игриво уточняю. Хочется усадить Машу рядом, а потом поцеловать. Однако эта ненормальная, как всегда, делает все по-своему. Может, поэтому она мне и понравилась.

Не такая, как все. Другая. Изначально другая.

– Это тебе стоит меня бояться! – уверенно заявляет, рассматривая меню.

– Пальчиком еще пригрози, – усмехаюсь. Делаем заказ, я беру много, а Уварова скромно – только чай и пирожное. Приходится заказать еще пиццу. Нужно ребенка накормить, не сидеть же ей с открытым ртом.

– Здесь мило, – откидывается она на спинку дивана, продолжая рассматривать полупустую улочку.

– Почему ты не в юбке?

– Зачем? У тебя фетиш на юбки?

– Разве на свидания девушки не должны выряжаться? – спрашиваю немного грубо, вспоминая придурка, который сегодня лапал Машу. И в тот раз она ему волосы трепала. Ревность – штука опасная. Как ядерная бомба, разнесет к чертям – и не заметишь. Видимо, я слишком собственник. Странно, почему раньше об этом не задумывался. Вообще был убежден, что не умею ревновать. А сейчас вон как завелся.

– Я плохо выгляжу? – Уварова задает этот вопрос не сразу, а минуты через две. Будто не решалась на него. Хлопает ресницами, нижнюю губу прикусывает. Нервничает.

– Ну… на троечку, – нагло вру ей. Потому что и без юбки с макияжем готов вилять хвостиком.

– Тогда не смотри на меня! – прикрикивает. Складывает руки на груди и отворачивается, делая вид, будто разглядывает что-то в другой стороне. Обиделась, видимо. Хочу уже встать и сесть рядом, но голос за спиной возвращает с небес на землю.

– Тим?

– Арс? Какие люди!

Богданов переводит взгляд с меня на Уварову, и его глаза округляются, как две копейки. Не ожидал такого кино, да я и сам не ожидал. Но что имеем.