Попаданка в деле, или Ваш любимый доктор - 2

— Он ждёт вас. Пойдёмте, я провожу.

От его сонного вида мне захотелось зевнуть во весь рот, что я и сделала, когда Ули отвернулся. Перед походом сюда я выпила пару энергетических пилюль, чтобы не свалиться, за что получила нагоняй от Пискуна.

— Ты ведь знаешь, что это вредно! Организм работает на износ.

— Знаю, дружище. Жить вообще вредно.

Мой пушистый друг был как всегда прав, но на счету каждая минута. А отосплюсь… ну, на пенсии, наверное. Если доживу.

— Ты невыносима, Эл!

— Тебе остаётся только смириться.

Мы прошли в дальнюю комнатку лаборатории. На диване в позе страдальца возлежал Сальвадор. Кожа бледная с лёгким желтоватым отливом, лицо осунувшееся.

— О, вы наконец-то пришли! — несмотря на больной вид, голос звучал вполне бодро и даже весело. — Сейчас-сейчас я встану, негоже валяться перед нейрой.

Кряхтя, он сделал попытку сесть, но рухнул обратно под горестный скрип пружин.

— Ох, сил нет вообще… простите.

Придвинув к дивану табуретку, я опустилась на неё и проверила пульс учёного.

— Не надо, не стоит утруждаться, поберегите себя. Когда вам стало плохо? Сколько вы выпили той воды?

Пульс его чуть частил, но, в целом, ничего критичного. Кожа была влажной и прохладной, глаза покраснели.

Учёный нахмурил брови.

— Мм… кажется, много. Да-да, очень много. Иной день только воду пил и ничего не ел. А дурно мне стало этим утром.

Больше двух недель этот естествоиспытатель глотал воду с предположительно заражённых территорий. Пока я работала в госпитале, они с Ули ползали по полям, осматривали скот, бесконечно опрашивали местных жителей. В целом получалось, что все странности начались больше десяти лет назад, просто очень долго никто не обращал внимания.

Я покачала головой.

— Давайте-ка обследую вас магическим зрением.

Как и предполагалось, никаких признаков болезни я не нашла, его организм был абсолютно чист. Но откуда тогда взялись симптомы? Или я что-то упускаю?

— У вас только упадок сил? Слабость?

— И даже жить не хочется, но я с этим борюсь, — усмехнулся учёный, и я позавидовала его оптимизму. Признаться честно, я давно не чувствовала себя такой растерянной. Я прекрасно знала, как лечить заболевания из своей профессиональной сферы, у нас были чёткие протоколы, опыт предыдущих лет, а здесь поиски надо начинать с нуля.

— Чтобы знать, как лечить, надо для начала выяснить, что мы вообще лечить собираемся, — сказала я, потерев подбородок.

— Я уже начал разработку сыворотки, но пока не знаю, что из этого получится.

— Нейт Эйле, вы ведь обратили внимание на то, что рождаемость в тех деревнях была низкой? Женщины просто не могли зачать или выносить младенцев. Эта скрытая инфекция влияет на репродуктивную функцию у людей, не даром ведь говорили, что детей с каждый годом рождается всё меньше.

— Скот тоже плодится плохо, хиреет и умирает, — согласился Сальвадор. — Урожай стал плохим. Конечно, можно списать всё на кару небесную или череду совпадений…