Конторщица

В дверь звонили еще пару раз, стучали, дергали ручку, потом, вроде, ушли. Не включая свет, я тихо смыла краску – время вышло. Затем осторожно подошла к окну и встала ближе к открытой форточке, но так чтобы меня не было видно.

На скамейке у подъезда, где днем так любят сидеть старушки, находилось два силуэта, присмотревшись, я различила долговязую фигуру Вадика и вроде какой-то девицы. И тут из подъезда вышел неизвестный мужчина и завел с ними разговор:

– Лидия Горшкова тут же живет? – голос у него был неприятный, скрипучий.

– Да, в 21 квартире, – ответил Вадик.

– А почему я звоню-звоню, а дверь никто не открывает? – возмутился неизвестный и его голос на последних звуках соскочил на фальцет.

– Так она в профилактории лечится, – вспомнил Вадик. – Точно не знаю, закончила уже процедуры или еще нет.

– А где этот профилакторий искать?

– Так туда ночью ничего не идет, это за городом почти, а пешком далеко, – заметил Вадик.

– А вы кто? – вдруг подала голос девица.

– Да я племянник Раисы Карповны, это двоюродная тетя мужа ее сестры из деревни. Живу в соседнем областном центре, а здесь проездом, вот и решил переночевать по-родственному, у меня поезд аж завтра днем. Но только где ее носит в такое время? Мне что, теперь обратно на вокзал переться? – визгливо расстроился неизвестный мне племянник какой-то там тети мужа сестры из деревни.

– А вы с ней договаривались? – продолжила вопрошать бдительная девица.

– А зачем? – удивился племянник Раисы Карповны. – Мы ж по-свойски. Она должна еще радоваться, что родня ее не забывает.

Абалдеть. Вот всё, других слов нету!

Я психанула и уже не слушала, чем там все закончилось, вернулась обратно в кровать и, вероятно из чувства противоречия, уснула мгновенно, даже не заматываясь в одеялко буквой "зю".