Стратегия обмана. Трилогия (СИ)

   В словах кардинала Оттавиани было мало утешения для отца Матео, и сам старец это прекрасно понимал. Просто не нашлось повода поговорить о хорошем, как ни искать.

   Утешение же для себя отец Матео находил только в одном - в булле пятисотлетней давности, что издал папа Пий II. "Какой бы то ни было Собор, созванный, чтобы произвести резкую перемену в Церкви, заранее объявляется недействительным и аннулируется". Стало быть, и Первый Ватиканский собор, где папу наделили непогрешимостью в вопросах веры, и Второй, который переломил хребет Церкви новыми реформами, отец Матео имел полное право считать нелегитимными и их нововведений не исполнять. Вот только как быть, если такой принципиальности во всем Ватикане придерживался только он один?

   Отец Матео вернулся в приёмную монсеньора Ройбера, всё ещё рассуждая о словах кардинала. От ещё большего разочарования в нынешнем служении его спасла новая жалоба, поступившая в конгрегацию.

   - Вот, - монсеньор Ройбер подал Мурсиа связку конвертов и мягко предупредил, - никаких святотатств или поругания церквей. Я подумал, что вам нужно отвлечься от мрачных раздумий и заняться чем-то другим, новым для вас. К тому же, полагаю, как человеку со свежим взглядом вам будет легче во всём разобраться.

   С этим загадочным напутствием монсеньор оставил Мурсиа читать письма в приемной. И тут было о чём задуматься. Это были многочисленные жалобы от венецианского духовенства, и все они касались одного единственного вопроса: как Ватикан допустил, чтобы Католический банк Венето поднял процентные ставки по кредитам?