Зомбятник 2

Автоматы переместились к крыше и синхронно залили свинцом слепое пятно. Скрытник попытался убежать, едва увидел автоматы, но я стрелял на упреждение. Почти сто выстрелов в упор размазали тело скрытника по нескольким квадратным метрам крыши, но я успокоился, лишь когда обоймы опустели. Оказалось, что тварь сидела на крыше в обнимку с автоматом, к которому был прикручен огромный прицел. Если бы я не научился находить скрытника по косвенным признакам, то хрен бы подобрался к дому.

Кроме убитого, в доме находились четверо парней с такими же автоматами: все четыре расположились в комнате первого этажа. Похоже, это трансферные гиды, которые должны проводить меня на тот свет, если у снайпера не получится. Я не нашел в здании Ингу, что как раз логично: играть по правилам и всерьез прятать девушку там, где обещал это сделать — глупо.

Асфальт между домом и торговым центром не отличался от обычного куска дорожного полотна, вот только в метре под ним была гигантская полость, наполненная деталями машин, проводами, емкостями с бензином и даже несколькими холодильниками. Шестеренки вращались, жидкости пульсировали и перекачивались из сосуда в сосуд: сложнейший механизм пребывал в постоянном движении.

Кресло Крадниковой, заполненное непонятными проводами, выглядело похоже, только было в разы проще. Не знаю, что за механизм спрятан под дорогой, но проверять не имею желания: он точно не увеличит мне член, не научит понимать людей и не сделает ничего другого, столь же хорошего.

На то, чтобы переломать хрупкие колбы и канистры огромной ловушки, перекрутить и вырвать провода, ушла пара минут. Мужики с автоматами на вандализм не отреагировали: автоматчики попытались связаться по рации со снайпером, не получили ответа, и теперь напряженно сидели в квартире: ждали меня.

Хотя механизм теперь не работал, я по-прежнему не хотел идти через дорогу: лучше держаться подальше от всего, созданного Крадниковой.

Я вылетел из торгового центра и полетел в сторону дома, чувствуя себя невероятно беспомощным. На полет до балкона на шестом этаже ушло ровно семь секунд: целая вечность в ожидании пули, атаки навыком и иной гадости. Но обошлось: я сгруппировался, пролетел через заранее открытые окна и приземлился посреди пустой квартиры.

Зрение в темном, обесточенном доме пасовало: света луны не хватало, чтобы что-то разглядеть. Глаза выхватывали только очертания предметов, поэтому я закрыл их и полностью положился на телекинетическое восприятие. Это было привычнее и гораздо удобнее, чем сидеть с фонариками, как группа мамкиных убивателей внизу.

Рюкзак я оставил, чтобы не мешался — заберу позже. А вот ятаганы притянул к себе, восемь зафиксировал перед собой, чтобы если какой скоростник и вылетел на них, то насадился, либо потратил время, убирая клинки в сторону.

Я пошел к лестнице на первый этаж. По пути разоружил четверку бойцов — отыскал и вытащил из разгрузки разнокалиберные ножи, из кобуры — пистолеты и вынес через окно на предел телекинеза. Один из мужиков попытался ласточкой нырнуть в распахнутое окно, но я успел его захлопнуть. Автоматы вырвались из рук мужиков и нацелились в их головы, предостерегая от глупостей. Лимит телекинеза сейчас был исчерпан — восемь ятаганов, четыре автомата, четыре сердца. Но я особо не парился: люди разоружены, под прицелом, и стоит пожелать, их сердца превратятся в кашу, сколько бы живучести в них не было. Скрытник — единственный, кто смог бы попытаться сделать мне хоть что-то, но загадочный мужик мертв.