Русь нерусская: как зарождалась «рідна» мова
- Автор: Каревин Александр Семёнович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Издательство «Алетейя»
- ISBN: 978-5-00165-258-8
- Жанр: Политика
Электронная книга - «Русь нерусская: как зарождалась «рідна» мова». Краткое содержание книги:
Хронологические рамки исследования охватывают период от возникновения малорусского наречия и до наших дней. Особое внимание уделено отношению власти и общества к языковому вопросу во второй половине XIX — начале XX века, а также политике украинизации, проведенной на данной территории после установления советской власти.
Но людей о желательности нового языка как раз и не спросили. Да и слова, которые отыскивали в «глубинах истории» (т. е. до воссоединения Малой и Великой Руси, когда еще не было «насильственной русификации»), вводили вместо русских, на поверку оказывались не народными, а польскими. Наиболее яркий пример — изгнание из украинского языка слова «город», объявленного «русизмом», и замена его извлеченным из «глубин истории» словом польского происхождения «місто». Между тем, слово «город» употреблялось в Юго-Западной Руси с давних пор, известно еще из киевских летописей и зафиксировано во множестве географических названий (Вышгород, Миргород, Ужгород, Шаргород). Таких примеров можно привести множество (далеко не полный перечень польских заимствований интересующие могут найти в книге А. И. Железного «Происхождение русско-украинского двуязычия в Украине». — К., 1998).
Так что же представляет собой современная «борьба с последствиями русификации»? Не есть ли нынешняя украинизация, по сути своей, попыткой заставить называемых украинцами малороссов забыть свое русское происхождение? Не странно ли, что французы и триста лет назад были французами, поляки — поляками, сербы — сербами и т. д. А про украинцев как особую национальность не слыхал и Тарас Шевченко. Возьмите произведения «Великого кобзаря». Ни в поэзии, ни в прозе, ни в письмах, ни в «дневнике» нет даже слов «украинцы», «украинец». «В ту эпоху, — вспоминал уже о времени накануне революции 1917 г. бывший секретарь Центральной Рады М. М. Еремееев, — само название "украинец" было еще каким-то чужим и странным, потому что украинская литература ее никогда не употребляла. Писалось и говорилось: Украина, украинский, даже очень редко украинка, но термин украинец был в ту эпоху неологизмом, который тяжело входил в жизнь».[621] «"Украинцы" до сих пор было неизвестное слово, и теперь оно еще не прошло во все слои общества»,[622] — говорил в октябре 1918 г. на открытии в Киеве Украинского государственного университета В. К. Винниченко.
В Галиции начала XX века «национально сознательные» деятели употребляли слово «украинец» лишь в узком кругу, между собой. К народу же, например, на предвыборных собраниях, обращались как к русским. Когда же, по свидетельству галицко-русского деятеля Н. И. Антоневича, на одном из таких собраний молодой и неопытный агитатор-украинофил неосторожно назвал присутствующих украинцами, то тут же нарвался на всеобщий протест: «Мы не украинцы», а один из участников собрания просто обиделся: «Прозывают нас украинцами, а ведь мы ничего не украли».[623]
Галичане именовали себя русскими или употребляли древнее название — русины. Так же русскими или русинами[624] называли они великороссов. Но наименование «украинец» в Галиции упорно не принимали. Так какую же «украинскую национальную идею» нам навязывают?
Родным для коренного населения всегда был русский язык. Малорусское простонародное наречие и литературный язык являются лишь его разновидностями. Люди необразованные общаются на просторечиях, «суржике». Те, кто поднимается на более высокую ступень развития, переходят в общении на русский литературный язык. Где же здесь «зневаження мови свого народу», в чем кое-кто обвиняет русскоязычных украинцев?
В 1874 г. в Киеве была проведена первая общегородская перепись населения. Среди прочих задавался киевлянам и вопрос о языке. Оказалось, что из 116 774 киевлян 46 060 человек отметили, что родным для них является русский литературный (общерусский) язык, 8476 человек — великорусское наречие, 35 205 — малорусское наречие, 1379 — белорусское наречие. Таким образом, отмечалось в итогах переписи, 91 120 человек признают родным русский язык в различных его видах.[625] Позднее выяснилось, что руководившие проведением переписи украинофилы (возглавлял переписчиков все тот же П. П. Чубинский) при помощи различных ухищрений и махинаций завысили число тех, кто назвал родным малорусское наречие. Но дело в другом. Даже ярые украинофилы не путали русский литературный язык с великорусским. «Есть язык русский литературный и две группы народных русских говоров — северная и южная»/[626] — отмечала видная украинофилка и известный историк Александра Ефименко, подразумевая под южными народными говорами — малорусскую, а под северными — великорусскую народную речь. (Следует отметить, что в декабре 1918 г. А. Я. Ефименко, несмотря на заслуги перед украинским движением, была расстреляна петлюровцами за укрывательство у себя двух дочерей высокопоставленного гетманского чиновника).
621
Єреміїв М. За лаштунками Центральної Ради (Сторінки зі спогадів) // Український історик. — 1968. — № 1–4. — С 98.
622
Постернак С Із історії освітнього руху на Україні за часи революції 1917–1919 pp. — К., 1920. — С. 75.
623
Антоневич И.М. Наше нынешнее положение (Эпизоды из новейшей истории). — Львов, 1907. — С. 61.
624
Название «русин» раньше употреблялось по всей Руси. Например, тверской купец Афанасий Никитин в «Хождении за три моря» называет себя русином.
625
Киев и его предместья по переписи 2 марта 1874 года. — К., 1875. -С. 20–21.
626
Цит. по: Рклицкий С. Правда о языке Украины. — Градижск, 1917. — С. 15.