Борьба на юге

Внутрь вела массивная дверь с дюжиной штырей и поворотным штурвалом, а в комнате-сейфе поместилось кроме всего прочего еще и полторы тысячи касс, предназначенных для хранения драгоценностей. К тому же, при новой советской власти электричество стало редким гостем в городе, как и отопление, а топить печи в национализированном банке большевистские хозяева как-то не озаботились. Так что солдаты просто сидели при входе при свете керосиновой лампы и грелись, сжигая найденные здесь же бумаги на импровизированном костерке. Не особо заботясь об обходе здания. В какой хлев превратили «большевики и сочувствующие» захваченный ими банк, лучше было даже не интересоваться.

Знать бы еще, куда наш ход нас вывел – просто к подвалу или же к самому хранилищу. Увидим. Почти все огни в банке погашены, выходные. Часов в одиннадцать ночи один из калмыков перерезал телефонный кабель, а потом, через полчаса, мы начали работать. Если спалимся – вилы.

Толстый слой земли скрывал весь пол подвала. Сверху на утрамбованный грунт был положен деревянный настил. Подземный ход вёл на ту сторону переулка, чуть наискосок. К зданию банка. К подвалу. К «ростовскому сейфу». Вниз вели ступени, выдолбленные в глине, на них были аккуратно уложены доски. Вход, наполовину проломленный в стене и фундаменте дома, и сам туннель были сделаны со всей тщательностью – подпорки, крепи, опоры – всё очень надёжно, любой шахтёр позавидует. В самом конце туннель расширялся, а «потолком» ему был вероятный бетонный угол «ростовского сейфа».

С богом! Начали работать коловоротами и осторожно зубилами и киянками. Отбитые куски бетона относили из тоннеля ведрами. В подкопе – не продохнуть. Надышали. Да и керосиновые лампы вносили свою весомую лепту. Под дном вероятного хранилища трудились, сменяя друг друга, калмыки, мокрые от пота. В тесноте прохода мог ударно работать только один человек.

Бетонная быль, садясь на потные тела, засыхала корочкой. Добрались до стали. Хранилище! Оно, родимое. Можно с охраной не связываться, да и не страшно уже шуметь стальной кувалдой, красноармейцы не заявятся, их это не касается.

Скоро бетон был сбит на большой площади, как бы не в квадратную сажень, и теперь между нами и вожделенной добычей оставалось всего полдюйма, но эти полдюйма составляла особо прочная сталь, выложенная здесь немецкой фирмой «Арнгейм». Применим термитные шашки. Калмык в брезентовой робе с клещами осторожно примеривался, где лучше сделать лаз. Зажигаем! Искрит, но работает! Прожигает сталь не хуже автогена. Недаром же, для пробы, мы прожгли насквозь толстую печную дверцу. Трех термитных шашек нам хватило, чтобы проделать необходимый лаз. Вырезанный кусок металла со звоном «отворился», будто дверца, держась на честном слове, но тут же обломился и рухнул вниз. Уже утро, но спать сегодня нам не придется. Используем выходные по полной.