Если Уж попал в зелье...

Сноп радужного света ослепил Литу — несколко мгновений она совсем ничего не видела, но потом…

Драг. Он был почти голый — лишь какие-то лохмотья, напоминающие старинную одежду из книг по истории, но не это главное (хотя… немного смущало). Драг был человеком. Он был похож на Мартиша Эрлина, но моложе, с более живым и хитрым взглядом. Удивительно, но она сразу узнала в юноше своего фамильяра — болотного Ужа. Узнала, потому что… Потому что это был он! Глазки-бусинки змеёныша ещё минуту назад горели таким же точно же бесстрашным, отчаянным огнём искателя приключений...

Что касается придворного мага — внешне мужчина не изменился, но от Литы не ускользнуло то, как он расправил плечи. Оба принца-дракона были людьми, но они уже были драконами - обрели то, что так отчаянно искали триста лет.

Ведьма едва стояла на ногах. Если любишь кого-то — как друга, как мужчину — не важно, если действительно любишь — чувствуешь. Чувствуешь боль. Радость. Чувствуешь, когда тому, кто рядом хорошо, чувствуешь, когда ему плохо. Это была не просто радость — это была эйфория. Магия драконов плясала внутри, не помня себя от счастья — шутка ли, целых триста лет томиться взаперти! Если волшебство запереть на долгие годы — оно становится сильнее. Это как… Как хорошее вино. Вот почему древние артефакты, веками скрытые в пещерах, забытые на дне океанов - такие всесильные.

- Лита, - голос в голове заставил вздрогнуть, от макушки до пяток пронзила резкая боль, но она сдержалась — ни к чему сейчас привлекать внимание. — Прости, любимая. Знаю, что причиняю боль, но у нас нет другого выхода. Подпиши договор. Отдай пыльцу. После этого мы обернёмся и подожжём траву по кругу — чтобы нам не помешали бежать. Поэтому — как только всё сделаешь — сразу прыгай мне на спину! Поняла?

- Да. Поняла.

Подписать, отдать и залезть на спину огнедышащему монстру — что ж тут непонятного? Она справится. Справится потому, что от этого зависит судьба Виздрагоса и жизнь всех троих. А ещё… Он назвал её «любимая». Ей же не показалось?

- Я выполнила условие! — фея протянула ведьме бумаги.

Тихо. Слышно, как хлопают крылышками крошечные эльфы, что зависли в воздухе над ведьмой — королева велела глаз не спускать! Фрейлины сжимают палочки, готовые напасть в любую секунду — они ведь не просто так повсюду сопровождают хозяйку волшебной страны. Слышно, как стучат сердца драконов и скрипит перо…

Литиция Келисавва-Вербенскоетт, дочь Ребекки.

Лита передала фрейлинам бумаги, флакон с пыльцой и бросилась к драконам!

Всё, что она помнит - как ломала в кровь ногти о бронзовую чешую чудовища, на спине которого пыталась удержаться изо всех сил! Помнит волну нестерпимого жара. Слепящее пламя. Радужные всполохи. Крики. Крошечных эльфов, что носились над всем этим, словно стая рассерженных пчёл. А больше… Больше - ничего. Темнота…