Крестоносец [СИ]

Столица Лотарингии встретила нас приятной прохладой, спускавшейся с окрестных холмов. На одном из них, напротив главных ворот, разбил свой шатёр Людовик VII. Естественно, не сам, а его слуги, коих увязалось с монархом немалое количество. Но, думаю, их было бы намного меньше, не реши отправиться с мужем в поход Алиенора Аквитанская. Её комфорт был превыше всего и, мнится мне, король не раз проклял про себя свою благоверную, которая наверняка докучала ему своим нытьём.

Хотя… Если верить историческим источникам, Алиенора ни разу не была зефирной барышней, трудности, когда надо, умела переносить, и здоровье имела лошадиное. Как бы там ни было, с чего бы тогда королю было заводить любовницу? Может, суженая в постели не слишком, скажем так, аппетитна?

Вокруг города пестрели шатры многочисленного рыцарского воинства, впрочем, по большей части из некрашеного полотна, как и то, которое мы взяли с собой. Скатанный рулон, равно как и несколько жердин, добросовестно тащила на себе Пегая.

В Меце мне в прошлой жизни бывать не доводилось, а потому я, вверив своё имущество вместе с Аполлоном Роланду, отправился пешком породить по этому древнему уже в эту эпоху городку, стоящему на реке Мозель. Однако какими-то достопримечательностями, кроме базилики Сен-Пьер-о-Ноннен, возведённой в 6 веке на основе галло-римских терм, Мец похвастаться не мог.

Здесь право агитировать крестоносцев выпало Бернарду Клервоскому. Более достойной фигуры, облачённую в сутану, в армии Людовика не нашлось. На главной площади Меца соорудили деревянный помост, где под навесом поставили кресла для Людовика и Алиеноры, а с авансцены этого «эшафота» вещал, потрясая крестом, будущий Святой, а ныне глава Ордена цистерцианцев Бернард Клервоский. Какая это уже проповедь на моей памяти, призывающая освободить Святую землю от неверных? Если большая, то третья, начиная с проповеди Эмерика в Клермоне.

Выглядело это как очередное шоу. Начал аббат с описания страданий христиан на Востоке. Бернард не жалел красок, так что вскоре тысячи собравшихся зашлись в рыданиях. Закончив с описанием ужасов, он перешел к практической части, призвав крестоносцев идти и с Богом в сердце настучать, грубо говоря, сельджукам и прочим сарацинам по башке.

А два дня спустя мы добрались наконец до аббатства Клерво. Здесь тоже воинство встало лагерем, а Людовик с супругой на целых пять дней стали гостями аббата. На удивление нас с Роландом, как и ещё несколько десятков знатных рыцарей, определили на постой в сам монастырь. Хотя как по мне — ночевать пусть и в небольшом, но уютном шатре всё равно приятнее, нежели спать в тесной каменной келье, куда всё равно залетают вездесущие комары.