Государство Катар. Отражения во времени
- Автор: Сенченко Игорь Петрович
- Год: 2020
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-00165-184-0
- Жанр: История
Электронная книга - «Государство Катар. Отражения во времени». Краткое содержание книги:
Книга обращает на себя внимание солидным массивом представленных в ней документов из «аравийского досье» Архива внешней политики Российской империи – богатой коллекцией донесений отечественных дипломатов о Катаре и его правителях, о подпадании Катара под сюзеренитет Османской империи и становлении под протекторат Англии.
Книга расскажет о жизне и быте катарцев, их обычаях, традициях и нравах, о катарских ремесленниках, мореходах и корабелах, торговцах и ловцах жемчуга, горожанах и бедуинах, об исторических местах Катара, его племенах и прославленных семейно-родовых кланах.
Взяв в руки эту книгу, читатель сможет зримо представить себе и Катар дней сегодняшних, богатейшую страну мира XXI столетия, один из туристических центров Персидского залива.
После подписания нефтеконцессионного соглашения (17 мая 1935 г.) шейх ‘Абд Аллах получил письмо от Ибн Са’уда. Король Саудовской Аравии, судя по всему, был не в курсе того, что концессионная сделка правителя Катара с англичанами состоялась. К письму было приложено описание прохождения границы, как ее видели в Эр-Рияде, между Саудовской Аравией и Катаром. Король Ибн Са’уд настоятельно советовал шейху ‘Абд Аллаху от заключения каких-либо концессионных соглашений с англичанами до полного и окончательного решения пограничного вопроса и завершения демаркации границы Катара с Саудовской Аравией уклоняться.
В беседах же на эту тему с англичанами Ибн Са’уд ясно давал им понять, что положений англо-турецкой конвенции от 1913 г., на которые они ссылались, он не принимал и не принимает. Во-первых, потому, что турки, как, должно быть, хорошо известно британцам, никогда полностью Эль-Хасу не контролировали даже во времена оккупации ими этой провинции. Во-вторых, что подписание англо-турецкой конвенции состоялось после того, как Эль-Хаса перешла уже в его руки, и турки ее оставили. И, в третьих, что конвенция эта так и не была ратифицирована.
В приложении к указанному выше письму на имя шейха ‘Абд Аллаха король Саудовской Аравии (был титулован и провозглашен таковым в 1932 г.) отметил, что признал факт установления над Катаром временного британского протектората. Подчеркнул, вместе с тем, что до прихода в земли Катара британцев, жители тех мест, являлись подданными его его отца и деда. Не преминул заметить также, что под британский протекторат встало только население приморских городов и сел Катара. Пустыня же, по его выражению, и племена, населяющие ее, неизменно находились, дескать, под суверенитетом рода Аль Са’уд. Иными словами, ясно давал понять шейху ‘Абд Аллаху, что, в соответствии с обычаями и традициями предков, тот не в праве претендовать на земли, которые не в состоянии ни контролировать, ни защитить. Напомнил шейху ‘Абд Аллаху в этой связи и о его письме, направленном ему, Ибн Са’уду, в 1930 г., в котором он выражал желание и готовность ежегодно выплачивать ему определенную сумму за обеспечение защиты от угрозы со стороны кочевых племен.
Послание Ибн Са’уда, его содержание и тональность, очень встревожили шейха ‘Абд Аллаха. И он попросил английского политического агента на Бахрейне, в сферу деятельности которого входил и Катар, известить английского политического резидента, Тренчарда Уильяма Фаула, чтобы тот, как можно скоро, прибыл в Доху — для обсуждения весьма острой для Катара темы, затронутой в послании короля Саудовской Аравии. Одновременно с этим отправил письмо и Ибн Са’уду — с уклончивым и ни к чему не обязывавшим ответом. Заметим, что напрямую общаться с шейхом ‘Абд Аллахом, состоявшим под протекторатом Англии, король Ибн Са’уд, согласно договоренностям с англичанами, не мог.
Стремясь решить пограничный вопрос, король Саудовской Аравии уполномочил своего министра иностранных дел, Фуада Хамзу, внести на рассмотрение англичан подготовленный его ведомством проект соглашения о границе Королевства с Катаром, шейхствами Договорного побережья (нынешними ОАЭ), Маскатом и Аденом. Проект данного соглашения, представленный британцам 3 апреля 1935 г., с приложенной к нему картой разграничения (красным цветом) границ, как они виделись в Эр-Рияде, получил название «Красной линии» или «Линии Фуада». Согласно демаркационной линии, предложенной Эр-Риядом, Саудовская Аравия претендовала на горный хребет Джабаль ан-Нахш, включая северную оконечность Джабаль Духана, и на Хор-эль-‘Удайд.
Спустя шесть дней сэр Эндрю Райан (Andrew Ryan), британский посланник в Саудовской Аравии, внес на рассмотрение Эр- Рияда английский проект разграничения владений Ибн Са’уда с соседними землями, получивший название «Зеленой линии». Поскольку саудиты его отклонили, то в июне 1935 г., в Лондоне, состоялись саудовско-британские переговоры. Каждая из сторон осталась при своем мнении. Дабы сдвинуть данный вопрос с мертвой точки, сэр Райан, по согласованию с внешнеполитическим ведомством Англии, предложил Фуаду Хамзе (ноябрь 1935 г.) некую модификацию «Зеленой линии», получившую название «Линии Райана». В соответствии с новым предложением Саудовской Аравии отходила значительно большая, чем до этого, часть пустыни в Центральной Аравии, но Джабаль ан-Нахш закреплялся за Катаром, а Хор-эль-‘Удайд — за Бахрейном.
Из сказанного выше видно, почему Ибн Са’уд, не зная о том, что параллельно с переговорами с ним о границах англичане добивались получения нефтяной концессии от шейха ‘Абд Аллаха, обращался к правителю Катара со словами не торопиться с заключением такой концессии. Шейх ‘Абд Аллах, в свою очередь, также ничего не ведал о контактах британцев с Ибн Са’удом по пограничной тематике. Так, англичане, в присущем им стиле, с максимальной выгодой для себя, пытались решить одновременно два важных для них вопроса: нефтеконцессионный — с Катаром, и пограничный — с Саудовской Аравией.