Электронная книга - «Стилист. Том I». Краткое содержание книги:
Рост клиентуры стал не только приносить мне дополнительный доход, который уже практически сравнялся с моей официальной зарплатой, но и полезные связи. В моих клиентках помимо директора продмага в частности числились жены начальника автоколонны и директора Центрального рынка, заведующие комиссионным магазином, овощной базой, химчисткой, и даже главный администратор Большого Кремлёвского дворца.
Это не считая Брежневу, к которой я готов был выехать по первой же просьбе. Всё — таки Галина произвела на меня вполне благоприятное впечатление. Немного наивная, чем многие, как показала история, нагло пользовались, влюбчивая и неиссякаемая оптимистка, она в следующий раз пригласила меня через три недели после нашего последнего урока по макияжу. Попросила сделать причёску и праздничный макияж перед походом к подруге на юбилей. Объяснила, что макияж на каждый день у неё получается неплохо, а вот праздничный, боится, не получится. Выручил, снова обогатившись на полтинник.
Кстати, директор «комиссионки» Вера Андреевна как — то в первых числах февраля намекнула, что у неё в магазине появилась практически новая чехословацкая дублёнка как раз моего размера всего за 300 рублей, и она её пока на всякий случай отложила. Прикинув свои возможности, я понял, что, пожалуй, потяну обновку в гардеробе, и на следующий день, сияя от распиравшего меня счастья, выходил из комиссионного магазина, прижимая к себе перетянутый бечёвкой свёрток из упаковочной бумаги. На следующий день девчонки на работе по достоинству оценили мою дублёнку, а Антонина Васильевна заметила, что я слишком уж неэкономно распоряжаюсь деньгами, полученными за свои рацпредложения. Хотя ведь наверняка догадывалась, что я «левачу», и что покупал дублёнку явно не на последние.
В середине февраля в моё кресло ближе к обеду снова села Ахмадулина. С неизменно печальным выражением лица и плачущим голосом Пьеро спросила, как развиваются наши с Леной отношения, а потом возьми и пригласи меня на вечер поэзии, который должен была состояться в ближайшую пятницу в квартире Лили Брик и Василия Катаняна Кутузовском проспекте.
— А вы приходите со своей девочкой, она мне очень понравилась, — заявила поэтесса.
«Со своей девочкой»… Тут как нельзя некстати откуда — то из глубин памяти всплыла информация, что Белла Ахатовна та ещё была затейница по части интимных отношений. Якобы один из мужей выгнал её из дома, когда застал в семейной постели жёнушку в компании сразу двух дам[2]. Впрочем, мне хотелось верить, что в нашем случае до такого не дойдёт.
Лена на предложение посетить богемную тусовку отреагировала с энтузиазмом, тут же по телефону начала со мной обсуждать, какое платье лучше надеть «то, тёмно — синее с вырезом или чёрное с белыми ажурными вставками, а может — в красный горошек… хотя нет, лучше чёрное с белым».
Как бы там ни было, в 18.45 пятницы мы с Леной подошли к указанному дому, где нас уже поджидала возле подъезда Белла Ахатовна с тем самым чернявым мужчиной, что заглядывал в гримёрку поэтессы на её вечере в ДК «Каучук».
— Мой супруг Эльдар, — просто представила она спутника, после чего мы вошли в подъезд.
Дверь нам открыл пожилой, худощавый мужчина в «ленноновских» очках с круглыми стёклами.
— Здравствуй, Беллочка, здравствуйте, Эльдар, — приветствовал он гостей.
— Здравствуйте, Василий Абгарович. А это тот самый кудесник причёсок Алексей, — повернулась ко мне Ахмадулина, — о котором я Лиле говорила по телефону, и его спутница Елена, тоже большая поклонница поэзии.
Катанян — это, несомненно, был он — смерил Лену заинтересованным взглядом и поцеловал руку, после чего и меня удостоил рукопожатием.
— Не вздумайте разуваться, Лилечка этого не одобряет, — предупредил Василий Абгарович, — А вот и моя прекрасная хозяйка. Лилечка, тут Белла с мужем пришли и их спутники, о которых Беллочка говорила — парикмахер и его девушка.
Так вот ты какая, муза Маяковского! Это была невысокая старуха с крашеными в рыжий цвет волосами, тощим, напудренным лицом, на котором кровавым пятном выделялись накрашенные губы и хищными чёрными дугами изгибались брови. Тыльная сторона ладони, заканчивающаяся ногтями с ярко — красным маникюром, была протянута для поцелуя сначала Эльдару, затем мне, и я не без лёгкого содрогания коснулся губами пергаментной, покрытой пятнышками пигментации кожи.
— Всегда приятно видеть свежие лица, — проворковала она неожиданно задорным голоском. — Пойдёмте, молодые люди, я познакомлю вас со своими гостями.