Отель «На неведомых дорогах» — 2

– Хорошая книжка, – прошамкала беззубым ртом старуха, о которой Инспектор, увлеченный перелистыванием книги, едва не забыл, – многие травки мне знакомы, что в ней нарисованы, – страж порядка подивился зоркости старушечьих глаз, – а про иные даже не знаю, – бабка дёрнула за рукав, – дал бы ты мне эту книжицу, милок.

Мысли вихрем кружили в голове. Отказать бабке прямо сейчас нельзя! Её знакомство с растениями в атласе может пригодиться. Но и без тщательного изучения, без попытки понять, что именно искали юноши, отдать книгу тоже нельзя, как и ставить её здесь, в квартире. Конечно, Инспектор запомнил и название и автора, но, не исключено, что на страничках могут быть какие-то не замеченные при беглом осмотре пометки.

– Сейчас я эту книжку изымаю, – сообщил старухе, – не исключено, что ваши соседи нашли наркосодержащее растение и намереваются завезти его в наш город. Допустить этого мы не можем! – бабка хихикнула, услышав это «мы», посчитала себя причастной к отряду защитников города от нового наркотика.

– И мне понадобится ваша помощь! – придал голосу торжественности, – а после того, как мы раскроем новое преступление, я передам атлас вам!

– А премия будет? – полюбопытствовала новая секретная сотрудница.

– Будет! – заверил страж порядка, – и премия будет, и, возможно, медаль, и статья в газете! – продолжил после недолгого молчания, – только говорить сейчас о том, что я изъял в квартире, никому не нужно!

– И дворничихе не нужно? – уточнила тайная агентесса.

– Особенно дворничихе! – важно кивнул Инспектор, – вы же понимаете, какие они болтливые, эти дворники. А наше задание нужно пока держать в тайне!

Часто кивая головой, старуха шла вслед за «новым начальством» к выходу из квартиры. Закрыла входную дверь, опустила ключ в карман все того же засаленного халата. Посмотрела, как Инспектор, зажавший подмышкой атлас лекарственных трав, быстро сбегает вниз по ступеням лестницы. Отперла дверь своего жилища, прошла в кухню и тотчас распахнула настежь окно. Отошла на два шага назад и бухнулась на колени перед влетевшей и севшей на подоконник ласточкой.

***

– Встань, Любава, – Ягиня стояла спиной к окну и смотрела на сгорбившуюся старуху, – ты славно служишь мне в мире Яви. Скоро тебе будет позволено вернуться в мир, которым ты когда-то пренебрегла.

– Да уж когда случится это? – кряхтела бабка, поднимаясь с пола, – сто лет служу тебе верой и правдой, богиня птиц и зверей, а ты все никак не можешь простить мне маленькое прегрешение.

– Не такое уж и маленькое, – усмехнулась Ягиня, – а ты, впредь, станешь думать головой, а не промежностью! А то, ишь, чего удумала?! Решила смертному поведать о травах наших, на волшбе взращенных! Знахарем великим сделать его захотела! В Яви спрятаться возмечтала! Ну и что? Получилось? Ты довольна? Как тебе жизнь в мире смертных?! Понравилась?!

– Сколько ты станешь меня шпынять оплошностью, Ягинюшка? – в подслеповатых глазах бабки заблестели слёзы, – ведь знаешь, что сожгли на кострище моего возлюбленного тупые селяне, которым он помочь вознамерился. Знаешь, что служу тебе верой и правдой, прощение вымолить стараючись, уже больше века. Кого опоить приворотным зельем, кого заворожить, кого заставить предать отца и матушку, кого отвадить от собственных деточек – все через мои хоромы, – старуха всхлипнула, вспомнив в каких «хоромах» живёт, – прошли. Все зелий моих отведали полной мерой! Забери меня в Навь, богиня! Хоть мышкой полевой, хоть воробушком! Тошно мне здесь, среди смертных, готовых убить и предать друг дружку ради Мамоны!