Я сама призову себе принца!

— Как бы ты не хотела от меня избавиться, но, увы, солнышко, не получится. Мне придется сейчас отлучиться по делам, но там я тебя одну точно не оставлю.

— Да что случилось-то?!

Дарахар сначала произнес что-то нечленораздельное, затем, когда Рах остановился, мужчина спрыгнул на землю, помогая мне спуститься, и пробурчал:

— У наследников Марийской пустыни, потому как более никто бы не осмелился сюда заявиться такой большой компанией, какой-то праздник. А это значит, я смогу повидаться с ещё одним своим старым знакомым.

После этого мужчина скинул с себя белый «халат», платок вложил мне в руку. А пока я хлопала глазами и пожирала его полуобнаженного взглядом, он бросил:

— Скоро буду, не скучай, солнышко, — и, подмигнув, растворился в воздухе.

Мне точно надо побыть одной! Вот только провести сегодняшний вечер в раздумьях у меня, судя по всему, не получится. Поэтому, как только я осталась одна, погрузилась в самокопания и детальный разбор моего помешательства.

Вышагивая по пустыне, нарезая круги вокруг флегматичного Раха, который лениво поглядывал на меня, я тщательно все анализировала.

И пришла к неутешительным результатам.

Гормоны бушуют. Мужчина слишком хорош собой во всех смыслах. Нам ещё неделю нужно провести бок о бок. И я становлюсь чересчур «Надин». Конечно, я продолжала оставаться сильной, властной и мудрой Надеждой, но что-то во мне требовало приключений, азарта, адреналина и крепких мужских рук. Невыносимо хотелось, чтобы кровь бурлила, кипела…

И отчаянный крик разнесся по пустыне. Когда я в очередной раз призналась самой себе, что я влюбилась!

Однако, когда Дарахар вернулся, я уже вела себя как ни в чем не бывало. Спокойно наблюдала за тем, как он скидывает с себя на этот раз камзол, переодевается. Вновь позволила усадить себя спереди.

И мы оба по пути к оазису сохраняли молчание. Я во все глаза рассматривала сначала темную точку вдалеке, посреди желто-красных песков, а потом с интересом наблюдала, как точка превращается в огромных размеров оазис. С высокими пальмами, густыми кустарниками, покрытыми белыми цветами, ковром темно-зеленой травы и большим озером с прозрачной голубой водой. Но кроме этого там было множество различных ярких шатров. Больших алых с золотыми куполами и шпилями, видимо, принадлежащих наследникам Марийской пустыни, поменьше и попроще: синих, зеленых, желтых.

И вскоре тишина пустыни начала отступать, уступая место громкой, заводной музыке и гомону сотен созданий в разноцветных, ярких одеяниях. Которые разговаривали, смеялись и радовались, кружась в танце у озера, и пировали у длинных столов.

— Мне нужно что-то знать? — обратилась к мужчине, когда до оазиса оставалось уже метров двести.

— О чем ты?

— Я никогда прежде не встречала дасартов. Не знаю их правил и порядков.

— А-а… Не беспокойся по этому поводу. Они все очень дружелюбные и общительные… — тут он немного задумался и добавил: — Порой чересчур болтливые и любопытные. Но не думаю, что это их недостаток, скорее особенность. Да и мы тут пробудем только до утра, не успеешь от них устать.