Айна из замка

– Это ты меня прости, я не хотел тебя напугать.

– Я никому не скажу! – выдохнула Айна, едва только принц позволил ей снова заговорить. – Ваше Высочество, правда, я знаю, что нельзя!

Фарр стал серьезным. Он хоть и вернул ее на пол, но отпускать не собирался – держал за руку мягко и крепко.

– Я знаю, чернильная девочка, – он осторожно провел пальцем по ее ладони, покрытой темными пятнами: – Знаю, что ты не скажешь. И я никому никогда не расскажу про твоего брата. Даю слово. Ну, ты веришь мне? Веришь теперь?

И вдруг посмотрел так, что у Айны язык застрял между зубами. В глазах принца не осталось ни единой смешинки – он стал серьезней своего отца.

– Хватит уже бояться меня. Разве я такой страшный? И... разве я похож на какое-то там величество? Зови меня по имени, слышишь? Всегда.

Она поспешно кивнула, все еще не понимая, чего ждать от этого красавчика, имевшего почти полную власть во дворце, но уже догадываясь, что он только притворяется дерзким насмешником. За щедрыми ухмылками пряталось что-то, чего не должен был видеть никто.

Фарр вздохнул и, как маленькую, погладил Айну по голове.

– Какая же ты пугливая... Как дикая птичка. Непросто будет тебя приручить... Но я попытаюсь.

Вот только он не попытался – сделал все, чтобы Айна перестала его бояться.

И начала звать по имени.

После того разговора Фарр редко пытался говорить с ней о чем-то серьезном – чаще подшучивал и удивлял неожиданными фокусами. Эти добрые шутки никогда не ранили Айну. И если поначалу она относилась к ним настороженно, то очень скоро поняла, что за выходками наследника не кроется никакого подвоха.

Однажды, когда она только начала учить ферестрийский, в ее книге с иностранными текстами вдруг нашелся сложенный пополам лист бумаги. Красивым ровным почерком на листе были начертаны такие слова, какие мастер Наэро никогда бы не произнес вслух. К каждому слову прилагались не только объяснения, но и примеры употребления в речи. Айна тогда смеялась до слез, потому что примеры, все как один, были про дворцовых обитателей, о которых она уже успела кое-что узнать. Так что все ферестрийские ругательства ей удалось выучить без особого труда.

В другой раз из ее ящика с письменными принадлежностями разом исчезли все гусиные перья. Они возвратились на свое место уже к вечеру, но теперь их было не узнать – все перья оказались старательно выкрашены в разные цвета. Старый мастер тогда только головой покачал, но не осудительно, а скорее изумленно. Кому могло прийти в голову заниматься подобными глупостями? Но Айна знала, кому...

А если она вдруг забывалась и снова называла принца Величеством, в ответ Фарр незамедлительно спрашивал, не хочет ли чернильная девочка рассказать ему, куда делся ее загадочный маленький брат. Он знал, что Айна обязательно рассердится и сразу же отбросит в сторону все пиететы...

К тому моменту, когда ей исполнилось четырнадцать, вместо шутливых страничек на рабочей конторке у Айны стали появляться совсем другие подарки. Она находила там то диковинный заморский фрукт, то редкую книгу со стихами, то просто красивый камешек, обточенный морем или особенно яркий осенний листок.