Императорские изгнанники [ЛП][The Emperor’s Exile]

- Убирайтесь! - крикнул декурион. - Все, вон! Вперед!

Клавдия схватила какой-то брошенный мешок, чтобы защитить свою голову, и остановилась у пролома в ожидании, пока последний из ее рабов протиснется мимо и выбежит из горящего здания. Она повернулась и увидела декуриона и еще одного из его людей, пытающихся очистить от мусора своего похороненного товарища, в то время как остальные держали свои щиты, чтобы защитить их от непрерывного дождя горящих обломков и падающей черепицы с рушащейся крыши. Клавдия собралась с силами и бросилась в щель, чувствуя жгучий жар бушующего вокруг кухни пламени. Подол ее столы загорелся, когда она побежала к рабам, которые стояли на безопасном расстоянии в окружении людей, напавших на виллу. Она сняла мешковину с головы и потушила небольшое пламя на своей столе, в том месте где она начала гореть.

Внезапный рев обрушившейся кладки и дерева заставил ее оглянуться. Крыша кухни провалилась, забрав с собой часть стены. Взрыв искр и пламени взметнулся в вечернее небо, и новая волна жара отбросила всех на несколько шагов.

- Во имя всех богов... - пробормотала она, осознав последнее, что она видела, покидая здание – остававшихся там декуриона и его людей. - О нет. Нет!

Ее горе прервал резкий крик, и она увидела приближающуюся группу разбойников. Они остановились на небольшом расстоянии, одна сторона их тел была освещена мрачным светом пламени, пожирающего виллу, другая же была затенена. Их лидер выступил вперед, держа в левой руке кусок веревки. Он резко дернул ее, и маленькая фигурка выскочила из-за его соратников и споткнулась в стороне. Клавдия почувствовала, как ее сердце забилось чаще, когда она узнала лицо пропавшего накануне мальчика. Его глаза были выпучены, и он задрожал, стоя рядом с лидером банды, напавшей на виллу.

Мужчина указал на испачканные грязью лица тех, кто спасся из кухни.

- Она среди них? - спросил он.

Взгляд мальчика скользнул по группе и остановился на Клавдии, и он кивнул.

- Кто именно, мальчик? Показывай, - он пропустил веревку сквозь пальцы, пока мальчик медленно шел к Клавдии. Ее глаза умоляли его, и она едва заметно покачала головой. Но он подошел, остановился перед ней и протянул свою маленькую руку, чтобы коснуться ее руки, затем от стыда опустил голову и уронил руку. Клавдия глубоко вздохнула и нежно сжала его плечо.