Рикошет

— Поговори со мной, — настойчиво просит Ло. Он кладет руки на согнутые колени. — О чем ты думаешь, Лил?

— Мне страшно, — бормочу я… — Я так боюсь того, что могу сделать, — я чувствую, как горячие, обжигающие слезы стекают дорожками по моим щекам.

— Я знаю, что это трудно. Я не могу себе представить, чтобы кто-то дал мне одну кружку пива и заставил остановиться на этом. Я понимаю, Лил. Я так чертовски понимаю это, — говорит он. — Но ты должна найти в себе силы подождать. Я знаю, что они там. Тебе просто нужно копать глубже.

Я позволила его словам осесть в голове на целую минуту. Боль давит на мою грудь, и она взрывается с моим следующим заявлением.

— Хотела бы я, что ты был здесь, — у меня дрожит подбородок и срывается голос. Я прижимаюсь лбом к коленям, пряча своё лицо.

— Я здесь, любовь моя, — шепчет он. — Я рядом с тобой.

Я слышу боль в его голосе. Он пытается расслабиться, насколько это возможно, но мне кажется, что я сжимаю его сердце так же сильно, как он сжимает мое.

— Ты в моих объятиях, — говорит он мне, — и я целую твои губы, твою щеку, твой нос… — я закрываю глаза и плыву к его голосу, который начинает успокаивать мои мучения. — Твоя голова склоняется к моей груди, и ты слушаешь, как замедляется биение моего сердца. Я держу твои запястья, позволяя тебе мягко спуститься с высоты на моих условиях. Ты падаешь на меня.

Я поднимаю голову и встречаюсь с ним взглядом. Он наполнен надеждой, тоской и чем-то большим. Что-то, что, я думаю, может быть разделено только между двумя сломленными людьми.

— И ты перестаёшь сопротивляться, — шепчет он. — Я смотрю, как твое тело расслабляется, а потом целую тебя в макушку. Я говорю тебе, как я горжусь тобой, и как то, что ты кончила один раз длится всю жизнь.

Моя последняя слеза падает. Я не могу пошевелиться, чтобы вытереть ее. Меня завораживает Лорен Хэйл, мое всё.

— Я люблю тебя, — повторяет он, — и ни один другой мужчина никогда не произнесет этих слов так, как я.

У меня так сильно болит грудь. Его слова прекрасны и болезненны одновременно. Как и мы, наверное. Я должна быть сильной. Для него. Для меня. Для нас. Мое горло распухло, но я нахожу в себе решимость ответить.

— Я собираюсь провести остаток ночи с Роуз, — я киваю, укрепляя план в голове.

— Это хорошая идея, — соглашается он. — Как насчет того, чтобы привести себя в порядок? Одевайся. Попрощайся со мной, а потом я позвоню Роуз и удостоверюсь, что ты с ней.

Я снова киваю. Мне бы этого хотелось. Так сильно. То, что он на моей стороне, делает невыносимое терпимым. Я просто надеюсь, что в будущем наша борьба станет легче.

Надежда. Какая глупость.

Иногда она не сбывается.