Апокалипсис в учении древнего христианства
- Автор: Аверкий Архиепископ, Серафим Иеромонах
- Язык: русский
- Жанр: Прочая религиозная литература
Электронная книга - «Апокалипсис в учении древнего христианства». Краткое содержание книги:
Толкование архиепископа Аверкия (Таушева) Редакция, примечания, вступительная статья и жизнеописание автора отца Серафима (Роуза).
Перевод с английского.
«Обращает внимание на страдания сего Вавилона, плачем о нем указывая на величие несчастий и злоключений, которыми будет наказан город, гордившийся прежде царским достоинством» (св. Андрей, гл.55).
18, 18-20.
И вопiя́ху, ви́дяще ды́мъ раждеже́нiя его́, глаго́люще: кі́й подо́бенъ гра́ду вели́кому! И положи́ша пе́рсть на глава́хъ свои́хъ, и возопи́ша пла́чущеся и рыда́юще, глаго́люще: го́ре, го́ре, гра́дъ вели́кiй, въ не́мже обогати́шася вси́ иму́щiи корабли́ въ мо́ри, от че́сти (от бога́тства) его́: я́ко еди́нѣмъ часо́мъ запустѣ́! Весели́ся о се́мъ, небо, и святі́и апо́столи и проро́цы, я́ко суди́ Бо́гъ су́дъ ва́шъ от него́. И, видя дым от пожара ее, возопили, говоря: какой город подобен городу великому! И посы́пали пеплом головы свои, и вопили, плача и рыдая: горе, горе [тебе], город великий, драгоценностями которого обогатились все, имеющие корабли на море, ибо опустел в один час! Веселись о сем, небо и святые Апостолы и пророки; ибо совершил Бог суд ваш над ним.«Очень может быть, что морем в переносном смысле называется настоящая жизнь, как подвергающаяся постоянным волнениям, а купцами – плавающие, подобно рыбам в житейском волнении Купцам всемирного Вавилона, то есть смешения (см.; Быт. 11, 9), при кончине видимого мира следует также пострадать и безутешно рыдать об удовольствиях настоящей жизни, когда не волею будут от них удалены и укоряемы совестью за свои деяния. (…)
Под небом разумеет или Ангелов, или святых, имеющих в нем жительство. С ними повелевает веселиться апостолам и пророкам, так как отмщено тем, которыми были укорены или обижены или за то, что, как безуспешно проповедовавшие между жителями упомянутого города, преступлением заповедей Божиих часто были подвергаемы бесчестию, или за то, что властью, по всей земле распространившеюся, были избиты за Бога как служившие Его словам. Так и были убиты пророки иудеями, апостолы же язычниками, которым по преимуществу они проповедовали.
Радуются они наступлению наказаний не злобною радостию, но как пламенно желающие пресечения греха, чтобы им порабощенные чрез сии, так сказать, частные наказания меньшим подверглись мучениям в будущей жизни» (св. Андрей, гл.55).
18, 21-24.
И взя́тъ еди́нъ А́нгелъ крѣ́покъ ка́мень вели́къ я́ко же́рновъ и ве́рже въ мо́ре, глаго́ля: та́ко стремле́нiемъ вве́рженъ бу́детъ Вавило́нъ гра́дъ вели́кiй, и не и́мать обрѣсти́ся ктому́: и гла́съ гуде́цъ и мусикі́й, и писка́телей и тру́бъ не и́мать слы́шатися ктому́ въ тебѣ́: и вся́къ хитре́цъ вся́кiя хи́трости не обря́щется ктому́ въ тебѣ́, и шу́мъ же́рновный не бу́детъ слы́шанъ въ тебѣ́: и свѣ́тъ свѣти́лника не и́мать свѣти́ти въ тебѣ́ ктому́, и гла́съ жениха́ и невѣ́сты не и́мать слы́шанъ бы́ти въ тебѣ́ ктому́: я́ко купцы́ твои́ бѣ́ша вельмо́жи зе́мстiи, я́ко волхвова́нiи твои́ми прельще́ни бы́ша вси́ язы́цы. И въ не́мъ кро́вь проро́ческа и святы́хъ обрѣ́теся и всѣ́хъ избiе́нныхъ на земли́. И один сильный Ангел взял камень, подобный большому жернову, и поверг в море, говоря: с таким стремлением повержен будет Вавилон, великий город, и уже не будет его. И го́лоса играющих на гуслях, и поющих, и играющих на свирелях, и трубящих трубами в тебе уже не слышно будет; не будет уже в тебе никакого художника, никакого художества, и шума от жерновов не слышно уже будет в тебе; и свет светильника уже не появится в тебе; и го́лоса жениха и невесты не будет уже слышно в тебе: ибо купцы твои были вельможи земли, и волшебством твоим введены в заблуждение все народы. И в нем найдена кровь пророков и святых и всех убитых на земле.В последних стихах этой главы указывается на внезапность кары Божией, которая постигнет этот город Гибель его произойдет так же быстро, как жернов погружается в море, и гибель эта будет столь поразительна, что от города не останется ни малейших следов, на что образно указывается в словах: «гла́съ гуде́цъ и мусикі́й, и писка́телей и тру́бъ не и́мать слы́шатися ктому́» – «голоса играющих на гуслях, и поющих, и играющих на свирелях, и трубящих трубами в тебе уже не слышно будет» и т. д.