Электронная книга - «Снесу крышу. Дорого». Краткое содержание книги:
А если не играть?
Дарья же не бежит от него такого, задрав юбку для скорости? Хотя изначально представляет, с кем имеет дело. Может, и не так всё плохо.
Интересно, как далеко простираются ее границы принятия правды?
— Ты пробуждает во мне желание попробовать новое. То, что я никогда раньше не делал.
Дарья поставила мороженное на стол и сложили руки на колени.
— Я не люблю боль. В любом виде. И в тройничках не участвую. Никаких.
На секунду у Паши мелькнула мысль, что сейчас их разговор похож на разговор с элитной проституткой — у обычной кто будет слушать, чего она хочет? Но даже эта мысль почему-то подстегнула в нем… Что-то не самое светлое, из того, что в нем было. Дарья вообще будила… темное. То, что было затолкнуто в дальний-дальний пыльный угол, куда никто не заглядывает. А оно, оказывается, сидело там и ждало. Дашу.
— Я не буду тебе делать больно. Я хочу тебя связать. Ты боишься наручников?
Она склонила голову на бок, будто задумалась.
Но Пашу несло. Будто кто-то открыл кран и выбросил барашек.
— Обещаю, что не причиню тебе боли. Но я хочу — так. С тобой, — он взял Дашину маленькую ладошку и в свои грубые лапищи. — Хочу завязать тебе глаза. Хочу пристегнуть наручниками к кровати. Хочу вылизать тебя всю. Чтобы ты стонала от удовольствия, но сопротивлялась. Я очень сильно этого хочу.
В голове звенело от эйфории. Он просто сказал это, а ему так захорошело, будто он уже дважды кончил.
Даша с непроницаемым лицом смотрела ему в глаза.
— Ты довольна ответом? Я могу задать свой вопрос?
Она кивнула.
— Ты не питаешь иллюзий на мой счет. Ты знаешь, что я — извращенец, раздолбай и прижимистый эгоист. И всё же готова разделить со мной постель. Почему?
Она улыбнулась и потянулась к его уху:
— Паша, ты знаешь, — произнесла она так интимно, что в штанах сразу потяжелело. — Мне нравится твоя идея. Поехали?
Глава 30. Павел
В этот миг Поляков как никогда осознал: выигрыш — не главное. Вот именно теперь вопрос: «Почему я?» встал так остро, что было больно сидеть.
— Может, вторая попытка? — попытался предложить Кощей.
— Проигрывать нужно уметь, — глубоко вздохнув, заявила Дарья. — Или мы сначала должны отыграть обязательную программу? — она мотнула головой на танцполе.
Не в последний раз же. Он еще вернется к этому разговору.
— Ну, если вы больше ничего не хотите…
— А мороженое у тебя есть?
Она смотрела таким взглядом, будто Паша был Дедом Морозом, а ее родители на подарок деньги не сдали.
И «ты» ей удавалось так естественно и органично, так правильно и комфортно, что Кощей решил пока забыть, что она не захотела отвечать на очень простой вопрос. Даже несмотря на то, что он — ответил.
Ладно. Может же, в конце концов, девушка в ее возрасте просто быть стеснительной? Даже если строит из себя крутую.
Не слишком богатый и еще менее приятный опыт общения Паши с женскими особями подсказывал, что обычно где остро, там и больно. В смысле, иглы отрастают не сами по себе. И не от большой любви к жизни и доверия к окружающим.
Наверное, на этой мысли Кощей должен был остановиться и отвезти Дарью домой. Но не остановился.
Черт!
Да у него руки тряслись от предвкушения! Какое «домой»?! Только вперед!
Таксист приехал быстро, едва они успели одеться.
Паша открыл заднюю дверь, усаживая спутницу, дернулся к передней… Но мысль о том, что он не будет сидеть рядом с ней, вдруг стала невыносимой. Поляков быстро обошел машину и сел на заднее сидение с другой стороны.
И взял Дашу за руку.
Он поглаживал большим пальцем ее ладонь, убеждая себя, что успокаивает девушку. Чтобы она не нервничала. Но в глубине души нехотя признавался себе в том, что хочет ее касаться. Не потому что так принято, не потому что это нужно ей, а потому что это нужно ему.
По ночным пустынным улицам такси долетело мигом. Или для Паши время промелькнуло так, что он не заметил. Он никак не мог сосредоточиться на мыслях. Они разбегались, сосредотачивая всё вокруг в правой руке, там, где его ладонь соприкасалась с кожей Даши.
— Спасибо, шеф! — улыбнулся Поляков водителю в зеркало заднего вида, и пошел выпускать из машины свою жертву.
Добровольную жертву, напомнил он себе.
Чем ближе они подходили к двери, тем сильнее его колотило.
Лишь закрыв на замок входную дверь, Паша поверил, что девчонка не «соскочит».
С момента вопроса про мороженое они не обменялись ни единым словом. Даша молча потянула руку к замку куртки.