Перевал
- Автор: Сыдыкбеков Тугельбай
- Серия: Женщины #2
- Год: 1972
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- Переводчик: М. Чечаковский
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «Перевал». Краткое содержание книги:
Перед нами две книги трилогии Т. Сыдыкбекова «Женщины». В этом эпическом произведении изображена историческая судьба киргизского народа, киргизской женщины.
Его героини — сильные духом и беспомощные, красивые и незаметные. Однако при всём различии их объединяет общее стремление — вырваться из липкой паутины шариата, отстоять своё человеческое достоинство, право на личное счастье. Именно к счастью, к свободе и стремится главная героиня романа Батийна, проданная в ранней молодости за калым ненавистному человеку.
Народный писатель Киргизии Т. Сыдыкбеков естественно и впечатляюще живописует обычаи, психологию, труд бывших кочевников, показывает, как вместе с укладом жизни менялось и их самосознание.
Художники: В. А. и Р. А. Вольские
«Справедливая она, хорошая, — подумала Батийна. — Ухаживает за мной, заботится, как родная сестра, болеет не только за меня, а за всех угнетенных женщин. Зачем я стонала, жаловалась, утруждала ее лишний раз? Эх, избавлюсь ли когда-нибудь от проклятой болезни, смогу ли опять ездить по аилам? Или согнусь?»
Валентина перебила мысли Батийны:
— Муж Анархон оказался жертвой врагов советской власти. Чего он добился? Она погибла. Он осужден. Но кое-кто из тех, что направил его, ушли от наказания. Продолжают вредить, настраивать бедняков против новой жизни. Вот такие враги и на тебя организовали покушение. Это наверняка Серкебай подговорил тех глупцов, которые ударили тебя дубинкой по голове. Он внушил им: «Ваши, мол, жены испортились, зарятся на чужих мужей. Смотрите, уйдут у вас. Это женщина-начальница их совратила. Надо убрать ее. Тогда все жены остепенятся, и вы будете их настоящими мужьями!» ОГПУ выловило их! Они получили по заслугам.
Батийна побледнела.
— Ты что, Батийна? Устала?
Батийна скрыла, что идет с трудом.
— Нет, Валентина… Знаешь, если пошлет кантком, я поеду в аил. Это, наверное, будет правильно?
— Конечно.
— Когда поправлюсь, поведу всех самых бойких токол на курсы.
— Прежде всего ты подлечись как следует.
— Может, я скорее окрепну, если займусь делом. А то повадишься по докторам ходить, совсем измотаешься. В старину киргизские воины лечились, говорят, не слезая с коней! Любая болезнь отстанет, только надо держаться.
За разговором не заметили, как очутились у канткома. В приемной толпился народ. Немного времени спустя из кабинета послышался голос Темирболотова:
— Если появятся Копылова и Казакова, пусть немедля зайдут ко мне!
Батийна насторожилась: «А, наверное, по поводу еще какой-нибудь пострадавшей женщины».
В кабинете Темирболотова они увидели старика.
— Э, сынок дорогой! — говорил старик, обращаясь к Темирболотову. — У меня было семь сыновей и пять дочерей. Самого младшего — Ашима — я женил на дочери музыкантши Толгонай, что играла на темир-комузе. Сватая своему сыну дочь знаменитой булбул[60], я мечтал: «На наше счастье, невестка, может, пойдет в мать, и среди моих потомков, глядишь, тоже появится свой булбул. И выросли у меня внучки — мастерицы на все руки, искусницы, жаворонки певучие. Хотелось услышать от людей: «Ах, какие внучки у Байтерека, одна искусно вышивает, узоры у нее словно живые, другая играет на темир-комузе так, что заслушаешься…»
О чем только не мечтает человек, дитя мое! О многом мечтает он. А создатель подрезает ему крылья… Один из моих сыновей погиб по вине белого царя, другой в реке утонул, спасая женщину, третий остался в китайском плену, схваченный по чьим-то наветам, когда батрачил в Текесе, не зная ни сна, ни покоя, чтоб прокормить нас. Стоит ли говорить, дорогие мои, о страданиях, которые перенес я? Раз человек родился на свет, он стремится утолить свой голод, если выжил, когда гибли все, то он цепляется за жизнь, стремится пустить поглубже корни… Остался я без сыновей, без невесток. Наконец похоронил свою жену, с которой думал прожить весь свой век. Холмик серой земли у устья Кекилик, поднявшийся среди множества могил, навсегда разлучил меня с моей доброй женой. Когда горе сваливается на человека, он не может его сбросить одним махом, хотя часто мнит, будто в силах подпереть собой мир.
Когда черная моя борода совсем побелела, словно лебединое крыло, остался я одинешенек с внучкой Чолпон. Чолпон-жан моя стала уже обшивать, обстирывать меня, кипятить мне чай. Когда подымется на ноги моя светлая звезда, мечталось мне, я отшвырну подальше от себя черное горе, которое гнетет меня. Я молил бога, чтоб он оставил меня в живых, пока не выведу в люди единственную утеху мою, хотел, чтобы она училась в школе, которую открывает новая власть…
60
Булбул — соловей.