Дрессировщик. Искупление

— Люди меня ни хрена не знают, Коля. Я и сам, порой, себя удивляю. Неправильно то, что они вмешиваются. Туда, куда лезть вообще никому нельзя! Ты меня понял?

— Так вы, получается, сами Женьку… того? — Оба успели выхлестать все, что было налито в бокалы, Игорь уже добавил, и теперь добавка на донышке поблескивала последними капельками.

— Ты мне лучше скажи, что предлагаешь делать, чтобы исправить ситуацию?

— А что эта дурында Жене хоть сказала-то? Я ж не в курсе, что она все-таки до нее добралась…

— Уже не важно. Важно другое: завтра ей здесь уже делать нечего, так и передай.

— Вас понял.

— И еще. От тебя зависит, останется Ксения в своей профессии, или вылетит с волчьим билетом. Все ее сертификаты обнулить — как нефиг делать. Новому клиенту я ее передавать не стану. Но есть шансы, что она еще кого-то себе найдет. Считай это моей благодарностью за то, что старалась от души. Ну, и за то, что переживала… — Последние слова Игорь из себя практически выдавил. Но и не сказать не мог. Действительно, оценил ведь: поступок был глупый, но вызванный неравнодушием. А оно бесценно, как оказалось.

— А что я могу сделать?

— Ну, во-первых, займись дисциплиной. Мне нужны работники, а не фанаты, которых хлебом не корми, а дай погрустить за кумира. Чтобы больше никаких разговоров о моей личной жизни. О публичной — тоже. Обсуждать имеете право только свои обязанности. Это понятно?

— Да. Вас понял, шеф.

— А во-вторых, донеси до всех истину, что Женя мне никакого зла не делала. Это я сам дурак, что без нее остался. В подробности посвящать не буду. Но имеешь право говорить, что я дебил, и сам теперь от этого страдаю. Звездец, как страдаю, Коля. Сдохнуть хочется, сил уже нет.

Коля смотрел недоверчиво. Даже хмель ему не помешал усомниться.

— Ну, как я могу говорить народу, что вы дебил? Никто не поверит же…

— А ты постарайся. Можешь перефразировать. Но смысл должен остаться таким же.

— А… Как я буду доносить, если вы сами сказали прекратить сплетничать?

— А это уже твои проблемы. Считай, что я тебе шанс даю, в благодарность за преданность, заботу и доброту. Иначе б уже давно вылетел.

Парень с силой растер руками лицо.

— Вас понял. Завтра планерку соберу.

Игорь расхохотался:

— Ну, собственно, можешь с того и начать: «Ребятушки, наш шеф — идиот. Все. Все свободны»

— Игорь Дмитриевич, я вас не узнаю…

— То ли еще будет, Коля…

Ему впервые было так легко и свободно. Всего-то и нужно было: признаться кому-то, что у него крыша едет при мыслях о Жене. Глупо, конечно, было доверяться Коле… А с другой стороны: если народ что-то перемалывает, даже под страхом увольнения, пусть хоть мелют по делу. И до Жениной матери нужную информацию доносят, а не придуманную лабуду.