Медвежуть

— Меня зовут Лег Ондо! — прокричал я, обращаясь сразу ко всем. — Я тот, кто изобрёл глайдер и много других полезных вещей. А ещё я временно исполняю обязанности главы клана Бурого Медведя, пока остальные главы недоступны. Я ознакомился с результатами аукциона и признал все условия, что там изложены, неприемлемыми. Представитель клана Паука посмел повысить на меня голос и будет изгнан из Фасорга. Я лично вышвырну его за городскую стену и клянусь тотемом — убью, если он или его телохранители явятся сюда вновь. Надеюсь, меня услышали. На то, чтобы дойти до стены и вернуться обратно, мне потребуется час. Когда я вернусь, я хочу увидеть три по-настоящему достойных предложения от представителей каждой из империй. Играть в политику я не собираюсь. Не будет единого предложения от империи — её глайдеры будут распределены среди двух других. Не будет предложений вообще — владеть летающими машинами будет только Фасорг. И последнее… Общее количество машин, что получит каждая империя, составляет тысячу штук. Думайте, господа. У вас есть час. На кону три тысячи летающих машин. Время пошло!

Тишина явилась мне ответом. Причём я так и не понял, на что такая реакция — на мои слова, или всё же на корону, что всё ещё была вживлена в голову. Я даже забыл об этом атрибуте, настолько с ним смирился и сжился. Символ, рассказывающий всем знающим о том, что я «герой», продолжал находится на своём месте. Я не верил, что красный туман настолько забывчив, что, сняв статус, не убрал и его атрибуты. Значит, всё, что он мне втирал по поводу освобождения — враньё и действовать я должен так, чтобы обезопасить себя в будущем.

Если оно наступит — это будущее.

За мной потянулась огромная процессия, держать при этом на расстоянии. Летающие люди, не имеющие возможность даже возмутиться — достаточно наглядная демонстрация силы. Стражников у ворот уже предупредили, так что к моему приходу створки оказались открыты. Отойдя на десяток метров, позволяя зрителям вытечь из города и разместиться у стен, после чего опустил своих временных пленников на землю и произнёс, прежде чем снять блокировку:

— В Фасорге вам троим больше не рады. Если я или кто-то из стражников увидит вас в черте города, вы будете уничтожены. Теперь проваливайте и запомни, младший сын — если Паукам необходимы мои изобретения, они пришлют кого-то более спокойного и адекватного. Я не закрываю двери для твоего клана. Только для тебя.

Линии силы исчезли и я, демонстративно развернувшись, медленно пошёл обратно в город. Я прекрасно понимал, что сейчас произойдёт и был к этом готов — нервы ещё не восстановились, так что мне требовалось не просто на кого-то наехать, а прибить. Младший сын не подвёл. Он не стал кричать или грозить страшными карами. Он просто указал на меня своим телохранителями и приказал:

— Убить!

Две молнии устремились в мою сторону, но кто такие инферно, когда я с лёгкостью стоял против ангела? Секунду спустя два острых клинка опустились на мою броню, но двухслойная защита наглядно продемонстрировала всем присутствующим качество изготавливаемых мной амулетов. Лишняя реклама, как я уже понял, не повредит. Позволив инферно вдоволь порезвиться, я вновь их заблокировал, но на этот раз отпускать уже не собирался. Вариантов, как убить бедолаг, на свою беду оказавшимися добросовестными слугами, было предостаточно, но я выбрал наиболее красочный. Тот, что никто из зрителей ещё не видел в этой жизни. Кстати — нужно обязательно придумать против него защиту. Ибо может так случится, что боласы обратят против меня же!